— Ну…, -задумался друг.
— Больная она у меня… — сказал следующее, что меня волновало.
— В плане больная?
— Мел сказала, что волчица у неё слабая, поэтому и волк мой чует, но не сильно. Узнать её сможем только в полнолуние и то, если её волчица проявит себя хоть чуток и потянется на зов. Да и находится ей надо поблизости со мной.
— Такое разве может быть?
— Как видишь.
— И что делать теперь? — поинтересовался друг.
— Да фиг его знает, Браин. Я должен с ней встретиться на новогодней вечеринке в честь объединения двух кланов, но не уверен почувствует ли её мой волк.
— Уууу сочувствую тебе друг. Там же каждая вторая по тебе слюни пускать будет. И уверен, каждая волчица попытается привлечь твое внимания, своими течными флюидами, — сказал друг и заржал.
Я схватил первую попавшуюся подушку и пульнул в него и сам невольно засмеялся. Друг всегда умел поднять мне настроение и сейчас он прекрасно с этим справился.
Мы посидели ещё пару часиков, обсудили несколько раз план его работы и конечно же предстоящее мероприятие. Браин ушёл к себе в комнату, а я остался делать презентацию и периодически думал о том, что мне делать со своей истинной.
Глава 6
Бабушка Мари
— Рен, ты уверен, что это поможет пробудить её волчицу? — спросила я у своего старого друга и по совместительству лечащего врача Мари, забирая из его рук таблетки.
— Ирис, не переживай, все будет хорошо. Ты сама видела, как у неё косточки срослись быстро после падения. Она даже не поняла, что перелом был. Да, не сильный, но у обычного человека такой процесс срастания проходил бы месяцами, а у неё всего за пару минут. А это говорит о том, что регенерации есть, пусть и не быстрая. А будь у неё волчица полна сил, у неё и перелома не было. Всё же хорошо, что обращение она прошла в четырнадцать лет, как все волчата. Иначе сейчас бы, при срастании костей, она испытывала невыносимую боль и чувствовала весь процесс наяву. И вот тогда было бы ей сложно объяснить, что с ней происходит.
— Да понимаю я. И тоже считаю правильным, что тогда увезла её к себе, сюда, несмотря на все протесты ее матери.
— Твоей дочери, Ирис.
— Эх… Дочь… Эгоистку вырастила. Рен, сам же знаешь всю историю их. Сначала хвост крутила перед ним, добивались внимания самого сильного, самого лучшего самца. И добилась, голову ему вскружила, в постель уложила и забеременела. Он же даже от истинной отказался, против волка пошёл ради неё и дочери. А она что сделала? Посмеялась над чувствами и сбежала. Мне записку оставила, что не пара ему, пусть тот с истинной будет, а она своего верного искать пойдёт. И ушла из клана, да дочь его забрала. Если бы не ты… Если бы ты не забрал меня сюда, в клан «Западных волков». И если бы Фред не отпустил меня по доброте душевной… Что бы было со мной? Фред её любил и долго любил. Да и дочь искал, а она вон как поступила… И если бы ей деньги не нужны были, то я могла так и не увидеть больше Мари…
— Да уж… Помню, как я тебя привёл сюда. Думал меня все волчицы покусают из-за тебя. Зашла такая эффектная, да ещё и силу свою показала всем. Дитя истинных.
— Иначе я не я, — сказала и улыбнулась. — Я вот думаю, может и не стояло в Мари волчицу будить. Ей ведь и без неё хорошо было. Спала бы она и дальше. Мать же ей что-то там давала, чтобы та не мешала жизни Мари.
— Ирис, ерунды не говори. Мари — волчица. И мы её уже разбудили четырнадцать лет назад. А сейчас ей надо снова появиться. Погулять. Подышать. Она же там с ней растёт, задыхается в её теле. Да и связь им надо наладить. Ты же понимаешь, что через лет десять Мари заметит, что она не стареет. И потом не постареет. Как ей вы объяснять это собиралась? Мы же волки долго живём. Тем более ты говоришь, что волчица уже начинает слегка пробуждаться. Хотя вроде мы только начали. Может были причины её пробуждения?
— Какие Рен могут быть причины пробуждения волчицы? Свежий воздух? — спросила я, слегка прищуриваясь. — Ты мне что-то не договариваешь?
— Помнишь, ты сказала, что слышала стоны Мари, поэтому и спустилась на кухню, чтобы чай предложить.
— Ну да… было такое. Рен, давай уж в интимную жизнь с тобой к моей внучке лезть не будем, — недовольно произнесла я.