- Не смей называть меня птичкой! - процедила я и взорвалась. Ненависть заполонила меня полностью. Я не кинулась на эту тварь, нет! Я взглядом заморозила её, обездвижила. Она пыталась разморозиться, но я послала немалый импульс силы к этой стерве, откинув ее метров на 10. Затем взглядом подняла ее на уровень третьего этажа особняка и собиралась заморозить полностью, а затем отпустить и увидеть, как этот лед падает и разбивается на осколки. И она, закованная в лёд. Но Колден тут же остановил меня, повалив на снег. Тварь еще висела в воздухе.
- Успокойся. - прошептал он мне на ухо. Я прикрыла глаза, пытаясь контролировать бурю ненависти. - Отпусти её.
- Ты сам хотел посмотреть на мои силы.
- Хотел. Но не думал, что ты так быстро с ней расправишься. Надо было мне с тобой подраться. - он держал мои руки, наваливаясь сверху. Я еще слабо контролировала ненависть к Фейрон, хотя уже опустила ее. - Как ты все это сделала?
- В минуту ненависти я резко узнала о том, что могу делать, и начала. Я хотела заморозить ее и посмотреть, как она разобьется.
- Жестоко. - он подумал. - Но справедливо.
- Ты уже можешь меня отпустить. - я перестала чувствовать ярость. Колден помог мне встать. Я хотела обернуться, но почувствовала опасность, не знаю как, и метнула в предполагаемое место атаки град из ледяных стрел.
- Как?! - завизжала шатенка. Она успела лишь упасть на снег, чтобы остаться в живых.
- Теперь я с легкостью сниму с тебя эту шкурку. - с ядом в голосе произнесла я. Но хотелось плакать. Я гончая. Я убийца. Пошла обратно в комнату, специально толкнув змею плечом, закрылась и...зарыдала. Тупо. Облокотившись на кровать, начала реветь, как дура.
- Лейла! - тут же завопил за дверью блондин. - Открой немедленно. - строго приказал он. Ни за что. - Открой или я выбью дверь.
- Выбивай, если тебе станет легче. - съязвила я. Тут особняк оглушил грохот, а около меня сел Колден. - Ты безумец.
- Я знаю. - он убрал прядь волос мне за ухо и вгляделся в мои красные от слез глаза. - Но я это принимаю и пользуюсь в нужные моменты. Так и ты прими это в себе. Ты невероятно сильна. Я боюсь представить, на что ты способна в действительности.
- В каком смысле? - я и не заметила, как умостилась к блондину на грудь.
- Здесь наши силы блокированы, как и твои жейзеловские, мы можем использовать лишь малую их часть. Ты, к тому же, только отошла от обращения, а потому еще слаба.
- Я еще не была никогда настолько слаба, чтобы с легкостью свернуть этой стерве шею. - хмыкнув, я ухмыльнулась, вдыхая приторно-сладкий аромат корицы.
- Также, ты можешь пользоваться и своими жейзеловскими способностями, потому что не умирала. - тут в воздухе повисла тишина. - Ты невероятно сильна. - сделал вывод самый добрый гончий, обнимающий меня.
- Как так вышло?
- Я провинился тем, что спас твою дочь, тем самым сорвав задание Фейрон. Это мое необычное наказание.
- А обычное какое?
- Этого тебе лучше не знать. - он слегка вздрогнул. - Глава проклял наш поцелуй, сделав его обращающим. Я боялся двух вещей. Что ты умрешь или...- он глубоко вдохнул. - Что ты превратишься в Фейрон. В обыкновенного гончего, который ничего не чувствует.
- А в итоге?
- А в итоге ты стала идеалом.
- В каком смысле идеалом? Я до сих пор не понимаю. Разве у гончих есть какой - то идеал?
- Да, есть. Гончие это усовершенствованные жейзелы. Но далеко не все получились. Я и ты, мы особенные. Мы можем чувствовать, мы можем плакать, мы можем смеяться. Мы сильнее жейзелов, но у нас есть здравый разум - мы сами выбираем, куда направить силу.
- Если тебя послушать, то выходит, что это даже хорошо, что я стала гончей.
- Это не столько хорошо... Я пытаюсь объяснить, что ты стала особенной, а это твое огромное преимущество. Ты даже сейчас сильнее меня. И ты управляешь зимой. - он задумался.
- Я - Королева Льда. - пояснила, прикрыв глаза. - Нейл был заколдован Каролиной. - при одном её имени меня передергивает, а ненависть начинает загораться. - Она сказала, что его может расколдовать только королева льда. Нейл думал, что это его сестра, но нет. Это была я. И я ее уничтожила с помощью льда. Но снегом никогда не управляла.
- Я боюсь, что о тебе узнает глава.
- Почему? - я посмотрела ему в глаза.
- Потому что ты неуправляемая. Глава может предпринять неизвестно что, чтобы ты не сбежала.
- Сбежала?
- Да. На земле у тебя есть семья, друзья. Это твоя привязанность. Глава может попытаться лишить тебя этого, чтобы ты осталась здесь.
- Он может... Убить их? - я сглотнула, прижавшись к блондину.
- Не знаю. Может и убить. - он погладил меня по голове, приобняв. Я свернулась калачиком у него на груди, сидя на коленях. - Не переживай. Я постараюсь оттянуть ваше знакомство, а сюда глава просто не может проникнуть.
- Почему ты все это делаешь?
- Потому что я люблю тебя, глупый вороненок. Я готов ради тебя на что угодно. - он поцеловал меня в макушку. Мне было приятно это слышать, ведь и я тоже что - то к нему чувствовала. Он казался мне родным, таким добрым и милым. Но я люблю и Нейла. Что это за бред? Нет. Это нужно остановить. Как же тихо... Ворон и голубь молчат, моя альтер - эго не подает признаков жизни. Почему?
- Эй, голубки, я вынуждена вас прервать. - зашла в комнату Лайтин. Я открыла глаза, смотря на нее с неприязнью. - Колден, пропала Хьюри. Ее нигде нет.
- Я знаю, где она. - неожиданно для себя выдала я. Все взгляды переметнулись на меня. Колден отпустил меня, позволяя встать. Я прикрыла глаза и увидела картинку: Хьюри нападает на...на...на Нейла, но какой - то дед кинул что - то мелкое, и она исчезла. Она отправилась в...пустоту.
- И где она? - со злостью и нетерпением крикнула Фейрон, появившаяся за спиной брюнетки.
- В Пустоте. Она напала на Нейла и какого - то деда, но ее забрала пустота.
- Она...- шатенка переваривала информацию. - Она мертва?
- Нет, ее поглотила пустота. - тихо прошептала Лайтин.
- Это хуже смерти...- прошептала Фейрон и направила на меня свой ярый взгляд. - Это все из - за тебя! Кто следующий?! - она завопила и вцепилась мне в волосы, повалив на кровать. Я легко отбросила ее, впечатав в стену, а затем подошла к ней и звонко ударила по щеке.
- Там и твое место. - выплюнула я и вышла в столовую - живот готов был исполнять серенады. Иногда надо быть сильной.
Спустя время...
От лица Нейла...
Бриджпорт, дом рафеля...
Я смотрел в окно на кровавый закат. Эли бегала рядом. Жители города постепенно оправлялись от шока, а потому город оживал. Севел работал над его защитой, а я сидел. Я хотел завыть от одиночества и тоски. Птичка, птичка... В золотой клетке. Я ждал с нетерпением, когда остальные созреют для действий.
- Эли, осторожней с котенком. - услышал я звонкий голос сестры. - Нейл...- она подошла, положив на мое плечо руку. - Не переживай. Мы найдем ее.
- Я без нее не могу. Мне очень плохо. Как тогда, когда мы исчезли... Я чувствую себя запертым.
- Она, наверняка, тоже скучает.
- Меня беспокоит и другое. - я прикрыл глаза. - Она рядом с гончими, а там Колден, который положил глаз на мою птичку. Мою.
- Ревнуешь? - сестра рассмеялась, а я лишь насупился. - Да Лейла в тебе души не чает! - она шепнула мне на ухо следующую фразу: Она ведь даже от стриптизера на девичник отказалась.
- Я тоже. - я улыбнулся, вспоминая тот безумный мальчишник. Все началось с того, что мы собрались в баре, думали просто выпить и поговорить. Но потом... Мы знатно напились, что уже и не соображали. От стриптиз - бара я отказался, поэтому мы пошли в бильярд. Там сначала поиграли, но потом мои друзья решили, что я обязан станцевать на бильярдном столе, раз отказался от стриптизерши. Какая нелепость - только так можно описать то, что творилось на бедном столе. Что ж, затем мы решили покататься на машине. Меня еще напоили и посадили за руль. Я не знаю, как мы не разбились. Гоняли на скорости 200+ км/ч, мы смеялись, как идиоты. Затем приехали к пруду. Замерзшему пруду. Вообще - то, свадьба и мальчишник были зимой. Но это нас не остановило. Севел притащил откуда - то кувалду и начал долбить лед. Он был не столь крепкий, поэтому вскоре меня кинули в самодельную прорубь. Потом там уже купались все. А затем мы все, мокрые, холодные и пьяные сидели в отделении полиции. Лейла пришла нас забирать, с возмущением смотря на этот пьяный цирк: Я пытался встать на голову, меня поддерживали, а Севел все это снимал. После я заболел, за что Лейла хотела меня убить, но все - таки лечила. Ходила мимо в коротенькой сорочке, кормила бульоном, время от времени давала сиропы, таблетки, измеряла температуру и ворчала. Моя милая Лейла... И как я только мог поехать туда, ведь был уверен, что это подстава. Раньше я ревновал ее к дочери, думал, что я уже никто, хотел хоть как - то проявить себя. Как же глупо!