There's no forgiveness for her sins.
Prefers punishment?..»³
— Тори и… Кейли?.. Правильно? Отлично. Спина к спине. Чуть прогнитесь. Не так сильно... Кейли, нужен оскал… Скалься, но не выдавай клыков. Да…
«...Would you suffer eternally.
Or internally?
For her lust.
She'll burn in hell
Her soul done medium well.
All through mass manual stimulation.
Salvation…»⁴
— Вы отличные слушательницы. Хорошо-о-о... Отлично. Кейли ненавязчиво коснись её груди. Кончиками пальцев. Вот так…
«…Body of Christ.
She needs.
The body of Christ.
She'd like to know God.
Ooh love God.
Feel her God.
Inside of her — deep inside of her.
Jesus Christ looks like me…»⁵
Бэмби, будто нарочно, перебралась ближе, в поле зрения Бастиана. Взгляды встречались постоянно. И это горчило, сластило и сводило с ума...
— Когда уже моя любимая будет? — Вайнона подошла к проигрывателю.
— Какая твоя любимая? — спросил Ронни, отвлёкшись от отражателя, с которым лежал у ног моделей.
— «Ши Вонтс Ривендж» — «Теа ю апарт»⁶… Блин, она ещё далеко! Можно…
— Ничего не трогай, — резче чем хотелось бы, сказал Бастиан. Только этого сейчас не хватало. Въедливого мотива и взрывающих мозг слов… Но поздно. Гипнотизирующие барабаны начали отстукивать на натянутых струнами нервах. Слова ехидно нашёптывались на подкорке…
Бастиан бросил все силы, чтобы закончить как можно быстрее. До начала любимой песни Вайноны. Фотографирование, которое ещё никогда не подводило, и, подобно бурному сексу, всегда помогало достичь дзена, превратилось в настоящую экзекуцию. Медовая Тори то и дело крутилась перед глазами, расставляла ноги шире необходимого, бретельки то и дело случайно опускались… А он всё чаще отвлекался на Бэмби. Воображение примеряло на неё каждый кружевной комплект, вызывая новые и новые волны мурашек.
— Басти, то, что удалось увидеть — конфета. Словами не описать. Как я рада, что ты факапнулся с «Викториас Сикрет» и Ди взяла с тебя фотосессией. Иначе мы бы эти фотки в жизни не заполучили. — Вайнона лучезарно улыбалась.
Модели ушли переодеваться, Ронни убирал осветители, а Бэмби, где-то за спиной, сверлила его взглядом.
— Спасибо. И пожалуйста. В следующий раз, если расщедритесь на оплату, то Ронни сделает всё не хуже. Гарантирую и ручаюсь. — Бастиан подключил фотоаппарат к компьютеру и запустил переброску файлов. Упражняться в красноречии не было никакого желания. Он действительно выдохся за сегодня.
— Возьмём с Ди на заметку. Может, действительно конкурента самому себе воспитал… — Затем Вайнона переключилась: — Луна, подумай над предложением. Ди готовит новую коллекцию, и нам очень нужны принцессы вроде тебя. Ты стала бы нашей голубой жемчужиной. Пожалуйста, напиши мне, что решишь.
— Э-э-э… хорошо. — Бэмби довольно натянуто улыбнулась.
— И вообще, напиши мне как-нибудь. Приходи в салон, подберу тебе зашибезное бельишко. Порадуешь своего кавалера…
— Как-нибудь… — уклончиво отозвалась Бэмби.
Из раздевалки вывалила шумная толпа.
— Вай, мы едем тусить. Мистер фон дер Граф нас зажёг не на шутку, и огонь требует свободы, — сказала одна.
— Если бы ещё фотографа с собой захватить… — мечтательно сказала другая.
— И Ронни можно… — поддержала третья.
— Девочки, девочки, девочки! — Вайнона усмехнулась. — На выход. Захватывать никого нельзя. Если только добровольно в плен не сдадутся…
Бастиан заметил колебания Ронни. Но посмотрев на Бэмби, ассистент фотографа продолжил сматывать провода осветителей.
— Бастиан, — окликнула Тори, — я оставила помощнице номерок. Если что, буду рада пересечься. — Она подмигнула на прощание и, виляя бёдрами, последней примкнула к покидающей студию процессии.
— Всем огромадное спасибо. До новых встреч. Очень надеюсь, до скорых. — Вайнона пожала всем руки — особенно тёплое рукопожатие досталось Бэмби — и последовала за подопечными.
Сама же Бэмби, то ли решив добить Бастиана, то ли окончательно потеряв чувство страха, как ни в чём не бывало, придвинула стул и уселась рядом. Ноздри защекотал фруктовый запах. Рука непроизвольно сжалась в кулак, от чего едва затянувшиеся ранки на костяшках запекли трескаясь.
— Ты точно успеешь написать статью? — спросил Бастиан, краем глаза наблюдая, как острые коленки постукиваются друг о дружку.
— Мне кажется, или вы хотите меня выгнать? — вопросом на вопрос ответила Бэмби.
Вопросительно выгнув бровь, Бастиан всё же посмотрел на девочку. Она, к удивлению, тоже смотрела на него. Зрачки всё такие же расширенные, в глазах лихорадочный блеск. Фотосессия, похоже, всколыхнула что-то и в маленькой англиканской послушнице.
«…Да ты издеваешься…»
Раздался грохот.
— Сори, — выпутываясь из проводов, отозвался из дальнего конца студии Ронни.