— А к тебе как обращалась?
— Леди. Моя прабабуля была леди...
— Леди Луна ван Мунс, значит?..
Бэмби сморщила носик и ничего не сказала.
— Намекаешь, что стоит готовиться заменять Виконтессу Элизабет Августу Маргариту Миллс? — шутливо продолжил Бастиан.
— А ты стал бы?
Бастиан заправил прядь волос ей за ухо, и задержал ладонь на горячей щеке девочки:
— Как можно отказать прекрасной леди, которая попала в беду?
Бэмби подалась к нему, пристально глядя глаза в глаза и вдруг спросила:
— Ты ведь не поверил о Ноэле и об остальном, что наговорила всем Софи обо мне?..
— Нет, лапуля, — мягко ответил Бастиан.
— Почему? Я не могу быть такой?
— Нет, лапуля…
Бэмби улыбнулась. Закрыв глаза, потёрлась щекой о его руку, а после совершила новое таинство — поцеловала сперва в ладонь, мазнула кончиком носа по запястью, а затем запечатлела поцелуй и там. Мурашки волнами прокатились от рук до затылка. Стало жарко. Здесь, в полумраке, действительно происходила какая-то магия, а девочка, вся ослепительно белая, мерцающая, казалась её сгустком.
«Ещё не время... Пока нет. Только осознанно и при полном доверии. С ней должно быть только так… хочется только так.»
— Отправишь меня спать? — первой нарушила тишину Бэмби.
— Хочешь чего-то другого? — спросил Бастиан, слыша собственную предательскую хрипотцу.
— Хочу остаться. Здесь...
И сенсоры снова взорвались. Он ощутил лёгкое прикосновение. Снова мурашки. Снова жар. Девочка, едва касаясь, водила пальчиком по узору вен на его руке.
— Тогда останешься... Здесь.
— И ты останешься?
— Если хочешь.
— И мы будем спать?..
— Если тебя не будет тошнить. — Бастиан с трудом вернулся к шутливому тону, скрывая детонирующие чувства.
— Голова немного кружится, но не тошнит
— Думаю, у тебя не непереносимость.
— Бабушка сказала…
— Она так сказала, чтобы ты не пила.
Бэмби открыла было рот, чтобы что-то возразить, но тут же закрыла и задумчиво нахмурилась.
— Судя по рассказанному, ты просто отравилась каким-то пойлом низкого качества.
— Получается… бабушка сманипулировала, — продолжая хмуриться, прошептала Бэмби.
— Бабушки так часто делают, — усмехнулся Бастиан.
Спустя пару минут рассматриваний друг друга, Бастиан ощутил, как тонкие пальцы, заползли под манжет рубашки.
«Что же ты творишь со мной…»
— Почему ты… не делаешь того, что обычно… когда мы одни?..
Девочка сегодня — одно сплошное откровение. Лишающее слов и обескураживающее. Превращающее в мальчишку.
— Это тема для завтрашнего разговора.
Бэмби легла на бок, лицом к нему и зашептала:
— …All we need is just a little patience
Said, sugar, make it slow…⁵
— Совершенно верно, сладенькая. Иногда надо притормозить, чтобы получить лучшее.
Старина Аксель затянул в голове продолжение:
«…If I can't have you right now, I'll wait, dear
Sometimes I get so tense, but I can't speed up the time
But you know, love, there's one more thing to consider…
…Said, woman, take it slow
And things will be just fine
You and I'll just use a little patience
Said, sugar, take the time…
…(Little patience, hm yeah, hm yeah)
(Need a little patience, yeah)
(Just a little patience, yeah)…
…I ain't got time for the game 'cause I need you
Yeah-yeah, but I need you
Ooh, I need you
Oh, I need you
Ooh, this time…»⁶
Ещё какое-то время Бэмби изучала его, пока не начала зевать.
— Если разрешишь, помогу снять лишнее, и ты ляжешь на подушку.
Бэмби послушно села. Сбросила обувь. Пока Бастиан снимал с неё пиджак, расстёгивал шёлковый широкий пояс и развязывал бабочку — кровь разогналась так, что клокотало аж в горле. Когда откинул покрывало, Бэмби юркнула под одеяло и, подмяв подушку, улеглась. Движения век с золотистыми ресницами замедлялись и замедлялись. Вскоре она уснула. Только теперь Бастиан бросил взгляд на часы — почти три часа.