Словно прочитав мысли, Бэмби поспешила отвернуться. Схватив со столика сотовый, свайпнула по экрану и тут же замерла. Без сомнений зависла на сообщении конопатого плейбоя. Бастиан с интересом наблюдал, как она, не моргая, раз за разом перечитывает убогонькое амурное послание.
При соприкосновении шасси с асфальтом самолёт тряхнуло. Яблочный девайс полетел вниз. Бэмби ухватилась за руку Бастиана.
— Тш-ш-ш… — Он погладил тонкую ручку. — Мы уже сели. Самое страшное позади. Ты всё пропустила, пока читала… что-то…
Отстегнувшись, Бастиан поднял сотовый. Экран заблокироваться не успел. Окно мессенджера так и осталось открытым.
— Результат по вчерашнему эссе? Плохая оценка?..
Ожидаемого испуга от грядущего обличения не наблюдалось. Всё в Бэмби противоречило законам природы. Странно. Любая другая незамедлительно выхватила бы телефон.
— Это не по эссе, — ответила Бэмби. — Это… Не знаю почему он так… Не думала, что…
«Да ла-а-адно. Неужели расскажет?..»
— …Ронни написал…
«О, чёрт…»
— …Что… Что хочет… — Она опустила взгляд и замолчала.
— Что хочет? — Вопрос прозвучал несколько более настойчиво, чем следовало.
Большие глаза встретились с его глазами.
— Сходить на… свидание. — Прозвучало так, словно сама не верила, что озвучила.
«Святая простота. Серьёзно?.. Аж настолько не умеешь обманывать или пытаешься вызвать ревность?..» — Губы Бастиана растянулись в ухмылке. Он нажал кнопку блокировки и положил сотовый на колени Бэмби:
— Серьёзное предложение. Надо подумать, что ответить…
Бэмби нахмурилась.
— А разве нет? Разве такие решения могут приниматься необдуманно? — продолжил подтрунивать Бастиан.
Бэмби поджала губы и отвернулась к закрытому шторкой иллюминатору.
«Окей, пусть подуется, раз сильно хочется. На что рассчитывала, когда решила рассказать?.. Что закачу сцену ревности? Как же!.. Или действительно не умеет врать? Красивая, невинная, неглупая и честная? Нет. Это какая-то фантастика. Получается, ангел во плоти…»
А Бастиан в ангелов не верил... Кроме дефилирующих по подиуму в нижнем белье.
Часы на табло терминала показывали одиннадцать вечера, в то время как в Нью-Йорке уже настала суббота. Лос-Анджелес встретил тёплым воздухом и ясным звёздным небом. У выхода из аэропорта ожидал серебристый «ягуар» кабриолет — сейчас верх был поднят — с водителем.
— Что скажешь насчёт позднего ужина? Доставят прямо в номер. Всё, что душе будет угодно. — Бастиан взглянул на спутницу.
В ответ — тишина. В общем, ожидаемо. Бровки нахмурены, губки надуты — ничего не изменилось.
«Неужели презент придётся вручать в знак примирения? М-да».
Не так он всё планировал…
— Не забудь поставить будильник, — заказав еду онлайн, снова заговорил Бастиан. — В полдесятого начнётся официальная часть. То есть часиков в девять — начале десятого желательно быть в конференц-зале.
Реакции ноль целых ноль десятых. Только танец теней и неона от мерцающих за окном вывесок на бледном застывшем личике оживлял картинку.
— Wie lange haben Sie noch vor, zu schweigen?³
Бэмби едва заметно вздрогнула, но голову не повернула. Бастиан продолжил по-немецки и дальше:
— Чего дуешься? На что рассчитывала, говоря о предложении Ронни? Думала, стану ревновать? — Для большей убедительности и укрепления ореола непоколебимости, вложил в усмешку максимальное количество пренебрежения и сарказма.
Вуаля! Полыхающие возмущением глаза впились в него тысячей кинжалов.
— Сохрани этот взгляд и настроение пока не приедем в отель. Начнём бурно мириться там. Когда останемся вдвоём.
Машина притормозила на светофоре. Алебастровую кожу крайне возмущённой Бэмби очень кстати подсветила ярко-красная вывеска.
— Ты… — начала Луна, но замолчала. Вдохнув поглубже, будто собираясь с силами, тихо, почти шипя, перешла на немецкий: — Du bist wirklich unmöglich⁴.
«Очень хорошо… особенно на умляутах⁵. Жаль, в моём имени их нет…»
— Ещё как возможен. — Бастиан театрально-коварно ухмыльнулся. — Можно даже потрогать…
Светлые брови взметнулись вверх, а губы чуть приоткрылись, однако так и не пропустили ни слова, ни звука.
«Обескуражена и, конечно, напугана. Gut».
Остаток пути прошёл в молчании, но без следов былой обиды и недовольства на личике Бэмби.
Роскошный «Беверли-Хиллз Хоутел», известный как «Розовый дворец», традиционно встретил багряной дорожкой. На ресепшене администратор выдал по пластиковой карточке-ключу от делюксовых номеров, пожелал спокойной ночи и просигнализировал одному из портье сопроводить гостей.
— Так что, — спросил Бастиан, как только они остались вдвоём, — ужинаем у меня или у тебя?..