«Избавиться?.. Вытерпеть?.. Возможно?..»
— Эльза и Марго говорили, что в любом случае никуда не деться. Придётся... Если хочу встречаться с кем-то, то… Ну… Всё равно придётся.
— Какие дуры… — озвучил мысли Бастиан.
— Я даже ездила к Ронни... Думала, может, с ним…
Бастиан нахмурился, не отводя глаз от девочки.
— Может он это сделает, чтобы я… Не выглядела перед тобой как… не была… Чтобы было не стыдно… Но меня парализовало. Не могла ни двигаться, ни говорить…
В горле пересохло. Под кожей пульсировала каждая клеточка. Никого до сих пор Бастиан так не хотел. Ладонь легла на нежную щёку. Глаза-хамелеоны, глядя исподлобья, заблестели ещё сильнее.
«…Зачем приехал тогда так рано? Каких-то пять-десять спасительных минут и этого всего бы не произошло. Почему, как все нормальные люди, не пялился в экран телефона? Зачем надо было глазеть по сторонам?..»
Большой палец коснулся мягких алых губ.
— …и тогда точно поняла… что хочу первый раз только с тобой…
Целомудренно сидеть в одном номере с той, с которой хочется сорвать одежду и заставить выкрикивать твоё имя вперемешку с мольбами не останавливаться — это как стоять прикованным к дереву в эпицентре лесного пожара. Или лежать скованным цепью рядом с извергающимся вулканом.
— Я ничего не умею… И не подхожу тебе. Я знаю. Но мне так хочется, чтобы это был именно ты… И мне так страшно, когда ты прикасаешься…
— Страшно? — Бастиан чуть склонил голову, внимательно всматриваясь в раскрасневшееся личико. — Страшно неприятно, или страшно приятно?
Бэмби шумно вдохнула и, скользнув к нему на колени, прижалась к груди:
— Страшно потому, что очень нравится, но… — шептала, касаясь дыханием напряжённой шеи, — …и страшно, потому что разочаруешься. Потому что не умею ничего, что тебе, скорее всего, нравится… Я не хочу, чтобы ты разочаровался. Боюсь увидеть разочарование в твоих глазах. Осуждение…
— Mein kleine Dummkopf…¹¹ — Бастиан прислонился губами к горячему виску. Бэмби вообще вся горела. Руки жадно скользили по шёлку, впитывая жар податливого доверчивого тела.
Девочка продолжала бормотать, не подозревая, что между ног упирается совсем не пряжка ремня, что душ Бастиан будет принимать как никогда долго.
— …Ты мне сразу не понравился. Но потом почему-то понравился… Потом начал бесить… И одновременно нравился… и это бесило ещё больше… Когда увидела с Софи, думала, что ненавижу тебя… Хотелось кричать… и на себя за то, что ничего не умею… что не могу быть такой как все эти твои Софи, которые так тебе нравятся… Но как я могла научиться?.. Я даже на свидании ни разу не была… На меня никто никогда ТАК не смотрел. А ты… такой красивый… так пахнешь… так трогаешь меня… ни с кем другим теперь не хочется… — Бормотание переходило в бессвязное мурчание. Девочка засыпала.
«…К своему счастью… и моему несчастью».
Бастиан потерял счёт времени. Голову заполнил туман. Обрывки мыслей то всплывали, то растворялись в вязкой пелене. Чуть позже он уложил Бэмби в кровать и ушёл курить на тёмный балкон, глядя в черноту голливудских холмов. Состояние — нажраться до беспамятства и отключиться до вечернего вылета. Неудовлетворённость, недосып, недотрах и остальные «недо» обрушились разом. Пришло время порефлексировать…
«…Свихнуться за десять дней. Попасть в абсолютную зависимость от… Чего? Да, Бэмби красивая. Плюс блондинка. Красивые блондинки — любимый купаж. Но разве женщины до неё были не красивые? Ха! Женщины! Бэмби не женщина. Девочка. Неопытная... Чё-ё-ёрт! Может, всё-таки, в этом суть? Психологическое? Неужели я один из тех извращенцев, тяготеющих к девственницам?.. Да ну нафиг. Проявилось бы раньше. Кризис среднего возраста?.. Движение по карьерной лестнице есть. Женщины хотят. Я их тоже. А главное не только хочу, но и могу… Деньги, машины, дом-мечта — всё прекрасно, а после повышения станет ещё лучше. Жажда новых ощущений? Скука? Что это?.. А главное — какого хрена выворачивает мозг?..
Запрыгнуть бы сейчас в тачку, откинуть верх, врубить «Ганзов» и катить по бульвару Сансет до самой Санта-Моники. Бездумно. Только дорога, ночные огни и музыка. А там океан. Ночное побережье. Калифорнийский рассвет… Золотистые волосы в лучах восходящего солнца, блестящий песок на нежной белой коже…»
Симпатия и желание просто потрахаться успели перерасти во что-то большее. Дальше отрицать бессмысленно…
Спину сковал холод. Выдох-рык. Бастиан подставил лицо под ледяные струи. Находись кто по ту сторону душевой кабинки, наверняка увидел бы, как над ней поднялся пар.