Накануне операции Ядин самолетом вылетает в киббуц, где собраны войска, и видит, что там царит полное смятение. Переговорив с офицерами, он приходит к заключению о необходимости перенести штурм на несколько дней. По возвращении в Тель-Авив он делает все возможное, чтобы убедить в этом Бен-Гуриона, но тот остается глух к его доводам и лаконично отвечает: «Атаковать любой ценой».
Дорога на Иерусалим вьется по широкой долине и упирается в крепость Латрун. Неподалеку, окруженный виноградниками, стоит живописный монастырь. С вершины холмов земля похожа на огромное поле зрелой пшеницы. Такой вид открывался перед глазами арабских легионеров в то время, когда на рассвете 25 мая колонны 7-й бригады медленно двигались к цели. Нападавшие были встречены плотным артиллерийским и пулеметным огнем, повлекшим тяжелые потери. Иммигрантов, брошенных без подготовки в смертельный бой, охватывает паника, и они бегут. Поднялся жаркий ветер, и спрятавшиеся в поле люди мучаются от жажды и налетевшей мошкары. Жители арабских деревень, вооружившись ружьями и ножами, быстро спускаются в долину и добивают раненых. Нескольким отважным офицерам удается приостановить беспорядочное отступление войск. Наступление захлебнулось, а 7-я бригада, пройдя первое боевое крещение, потеряла убитыми около 200 человек. Огромный конвой с продовольствием для жителей Иерусалима остался на месте.
Вечером того же дня Бен-Гурион рассчитывает наилучший момент для следующей атаки. Вцепившись в свой план бульдожьей хваткой, он решает продолжать атаковать крепость Латрун до тех пор, пока дорога на Иерусалим не станет свободной. «Мессершмитты» собраны, и он, не колеблясь, приказывает бомбить саму крепость и арабскую деревню, расположенную рядом с Эммаус. Вести из Иерусалима ужасны: старый город в руках Арабского легиона, защитники города взяты в плен. ООН настаивает на перемирии. Бен-Гурион жаждет немедленных результатов и 30 мая снова посылает армию на штурм крепости. И на этот раз атака отбита.
Мики Маркус, бывший генерал американской армии, недавно принявший на себя командование Иерусалимским фронтом, телеграфирует Ядину: «Я был там и видел сражение. План был хорош. Артиллерия хороша. Бронетехника в порядке. Пехота достойна сожаления».
Несмотря на повторяющиеся неудачи, Бен-Гурион не отступает. Игаль Алон возглавит войска, усиленные двумя бригадами, одной из которых будет командовать Ицхак Рабин, и 9 июня бросит их на штурм. Эта последняя перед перемирием попытка также потерпит неудачу. Битва при Латруне станет одним из самых горьких поражений в войне за независимость.
Но Иерусалим будет спасен. Трое членов «Пальмаха» найдут маршрут, который будет проходить по территории, контролируемой израильтянами, в обход крепости Латрун. Едва узнав об этом, Бен-Гурион отдает приказ замостить дорогу, чтобы по ней могли пройти продовольственные конвои. Вскоре часть дороги становится проходимой для транспорта, но скалистый участок протяженностью 130 метров представляет почти непреодолимые трудности. Сотни мирных жителей призваны в Тель-Авив, чтобы каждую ночь перевозить продовольствие и боеприпасы по обходной дороге. Формируются конвои из мулов и «джипов». Когда наступит перемирие, Иерусалим уже не будет в изоляции.
14 июня 1948 года евреи и арабы на четыре дня сложат оружие, и шведский граф Фолк Бернадот — посредник, назначенный Советом Безопасности — начнет переговоры о длительном перемирии. Командующий Северным фронтом считает прекращение огня «манной небесной». На какое-то время военная угроза Израилю со стороны арабских стран отступает, но будущее молодого государства опасно скомпрометировано самими евреями, которые рвутся в братоубийственный бой, ставкой в котором становится скромный корабль «Альталена», буквально набитый иммигрантами, оружием и боеприпасами.
Имя «Альталена» было писательским псевдонимом Владимира Жаботинского; так Национальный Комитет Освобождения, объединивший сторонников «Иргуна» в США, окрестил купленный у американского ВМФ старый десантный корабль. На следующий день после провозглашения независимости главнокомандующий «Иргуна» Менахем Бегин предложил соратникам Бен-Гуриона сдать его государству и на вырученные деньги купить оружие. Поскольку это предложение было отвергнуто, «Иргун» решил использовать корабль для транспортировки в Израиль иммигрантов, вооружения и боеприпасов. По данным близких к «Иргуну» источников, на юге Франции корабль принял на борт груз из 5000 винтовок, 250 пулеметов, 3 миллионов патронов, 3000 бомб, сотен тонн взрывчатки, а также минометы, базуки и другое легкое вооружение; взяв на борт 850 иммигрантов, 11 июня судно снялось с якоря и вышло в море.