Решение принято. Он отодвинулся и поднялся с кровати. Пошёл к двери и уже на выходе спросил:
— Я собираюсь сделать завтрак. Тост, бекон и кофе подойдут?
Я вдруг застеснялась. Сейчас это был «добрый» Камден, с которым я не знала, как обходиться.
— Конечно, — откликнулась я.
Он повернулся и покинул мою комнату.
Я втянула в себя побольше, так необходимого мне, воздуха. Господи Боже, прошедший вечер прошёл совсем не так, как я предполагала. Я поднялась на шатких ногах и потащилась к шкафу, чтобы достать какую-нибудь одежду. Сегодня я должна была пойти в торговый центр, чтобы приобрести кое-что в качестве последнего штриха к своему костюму для вечеринки в честь Хэллоуина, которая будет уже через два дня. И конечно, в первую очередь, я должна была найти время поучиться.
Принимая душ, я могла спокойно подумать о Камдене. Раньше я сомневалась, что хоть как-то интересую его. Я была уверена, что я только его пухленькая соседка по комнате, и он не хотел от меня ничего больше, кроме как получать арендную плату, игнорируя моё присутствие. Никогда бы не подумала, что он может быть увлечён мной. Я совсем не походила на тех женщин, которых он приводил домой. На самом деле, я была полной их противоположностью. Может быть, именно поэтому он связался со мной? Может быть, ему стало скучно, и он решил попробовать чего-нибудь новенького? Эта мысль перевернула мои внутренности. Мог ли он быть настолько жестоким? Чем больше я об этом думала, тем больше убеждалась – да, мог. У Камдена не было причины скрывать своё истинное отношение ко мне, когда я впервые пришла в его дом. Даже сейчас он держал меня в напряжении, и я никогда не знала, что он скажет, и оставит ли это после себя боль. Могла ли я по-настоящему поверить, что произошедшее вчера вечером и сегодня утром – это нечто большее, чем просто напористость мужчины, желающего посмотреть, получится ли пометить такую как я? Что бы ни произошло прошлой ночью, оно не может повториться. Даже не знаю, что такое в меня вселилось. Я же встречалась с Люком. Как бы он себя чувствовал, если бы узнал, что Камден поцеловал меня прошлой ночью? У меня была минутная слабость. Камден нажимал на мои кнопки в течение долгого времени, и вчера вечером это дошло до мимолётного столкновения ртов и рук. Не стану лгать, и говорить, что это было плохо. Фактически, я никогда не чувствовала ничего подобного. Когда Камден касался меня, мой мозг, казалось, начинал давать сбои и не мог сформировать ни одной разумной мысли. Я должна оставаться в стороне. Это даже не вопрос. Разве я не говорила этого прежде?
К тому времени, когда я вышла из душа и оделась, настроение моё испортилось. Весь остаток страстного желания испарился. Я почистила зубы, расчесала волосы, и стала спускаться по лестнице. Я настраивалась, что съем завтрак с Камденом максимально быстро и покину дом, прежде чем он снова обработает меня. Но, добравшись до нижней ступеньки, я замерла. Открывшегося передо мной вида было достаточно, чтобы заставить любую женщину растаять.
Камден стоял без рубашки, в одних только чёрных трусах. Он был в наушниках, а его iPod, торчал из нижнего белья. Голова его качалась в такт музыке, а тело исполняло немного странные колебательные движения в стиле шимми17, пока он жарил стейк из индейки на сковороде. Я улыбнулась от того, как забавно и мило он выглядел. Он сделал шаг назад, не замечая, что я за ним наблюдаю. В утреннем свете он выглядел иначе, как-то мягче, что ли. Я позволила своим глазам попутешествовать по его едва прикрытому телу. Солнце отражалось от его загорелого тела. Любой, кто это увидел, мог бы залюбоваться работой Камдена над своим телом. С каждым движением торса, с каждым поворотом или подъёмом руки можно было наблюдать, как определённые мышцы под его кожей выпячивались, играя. Он был истинным произведением искусства, и его тело было его холстом. Камден следил за собой, и я поняла, что это качество привлекало меня.
Он снова повернулся ко мне спиной, доставая что-то из шкафа. Неосознанно я сделала несколько шагов в сторону кухни. Как будто всё, что он делал, манило меня. Я хотела подойти и посмотреть поближе. Сам по себе мой взгляд переместился на его шикарную задницу, идеально обтянутую чёрной тканью. Милый Иисус, почему я была девушкой, которая любила попы? Его попа выглядела настолько хорошо, что всё, что я могла себе представить, это как я разрываю ногтями ткань и кусаю этот зад своими зубами.
— «Что ты скажешь, если я предложу рискнуть… — внезапное пение Камдена вырвало меня из созерцания, напугав. — Поговори со мной, поговори со мной…» — ещё пропел он. А потом развернулся к гостиной и замер, увидев меня, стоящую здесь с гадкой улыбочкой на лице. Выдёргивая один из наушников-вкладышей, он действительно выглядел смущённым. Хмм… И что это значит?