— Хочу, чтоб ты знала, что это щекотно, — его слабый спросонья голос зазвучал под моей щекой.
Я улыбнулась, зная, что он почувствует это.
— Просто изучаю то, что является Камденом.
Он немного сдвинулся, открывая мне прекрасный обзор его V-образных мышц внизу живота.
— И что мы думаем о том, что является мной? — спросил он с весельем в голосе.
Я стала выводить своё имя на его золотистой коже, снова и снова, подбирая точные слова.
— Ну… — я замолчала. Можно ли говорить всё в открытую? Вчера вечером мы с Камденом действительно пересекли черту, и, возможно, настало время определить, кто мы есть друг для друга.
— Я думаю, ты высокомерный, упрямый, самовлюблённый и можешь быть полным придурком.
Он засмеялся:
— Скажи мне, что ты на самом деле думаешь обо мне.
Я могла почувствовать, как его живот вибрирует от лёгкого смеха. Я подняла голову, чтобы взглянуть ему в глаза:
— Я ещё не закончила. Теперь ш-ш-ш...
Он примирительно поднял руки, призывая продолжать. Я опять опустила голову на моё специальное местечко на его плече:
— Ты такой, как я сказала, Камден. Но ещё ты добрый, тёплый, заботливый, защищающий, искренний и забавный. Всё твои отрицательные черты меркнут на фоне этих положительных качеств. И даже из твоих отрицательных черт можно сплести что-то позитивное. Например, из твоего упрямства. Большинство парней не вынесли бы мой сарказм. Они считают его оскорбительным и не привлекательным. Но ты как-то переиначиваешь его и превращаешь всё в странный род флирта, который не должен нравиться, но, тем не менее, непонятным образом привлекает меня.
— Хм...я заинтригован. Продолжай.
— Ну, и, прошлой ночью ты был здесь вроде как… ради меня. Я предполагаю, что Доджер предупредил тебя, что мы возвращаемся домой, но, когда мы вошли в дверь, у тебя был вид, как будто ты хочешь что-то кому-то вдолбить в голову.
— Потому что так и было.
Я кивнула:
— Я знаю. Эта та твоя сторона, которая меня смущает.
Он пропустил свои пальцы сквозь мои длинные волосы.
— Что ты имеешь ввиду?
— Камден, с тех пор как я переехала сюда, не всё получалось правильно. Ты говорил мне жестокие слова и вёл себя, как хотел, я никогда не заходила в твою комнату. Никто никогда до тебя не заставлял меня чувствовать себя так, будто я вызываю отвращение одним своим видом.
— Киган, на самом деле всё было не так, — заявил он.
— Я рассказываю тебе, как это было для меня. Ты говорил мне всякие очень обидные вещи, которые довольно сильно ранили меня. Мой вес, казалось бы, не должен быть проблемой для тебя, но твои слова говорили об обратном. Понимаешь ли ты, почему я жила, будто с игрушкой йо-йо в голове?
— Да, но я хотел бы получить шанс, чтобы всё объяснить.
Я покачала головой:
— Не прямо сейчас. Мне надо высказаться, — он вздохнул, отступая. — Ты нравишься мне, Камден. Несмотря на то, какая переменная игра была между нами в последние месяцы, кое-что было неизменным. Ты всегда был моим защитником. Не знаю, почему ты взял на себя эту роль, но был именно таким. С той самой ночи, как ты помог мне отнести мою маленькую сестру в машину, когда командовал в спортзале – что можно и что нельзя мне там делать, а затем предупредил меня насчёт Люка. По какой-то причине, независимо от того, как мы общались в начале, ты всегда был рядом. Ты вклинивался в мою жизнь, когда я не просила этого и меньше всего ожидала. Настолько же, как ты бесишь меня, и я тайно вынашивала план, как убить тебя во сне, ты стал близок мне.
Я могла чувствовать, как тряслась его грудь, когда он смеялся над тем, что я сказала.
— ……… этот разговор становится всё лучше и лучше.
Я протянула руку и ущипнула его за сосок.
— Ой!
Он схватил моё запястье и перевернул меня на спину, прижав мои руки по обе стороны от моей головы.
— Осторожнее. Если ты хочешь поиграть, я готов.
Я сузила глаза:
— Тогда прекрати смеяться надо мной.
— А ты прекрати говорить всякое забавное дерьмо, — возразил он.
— Ну, ты расстроил меня! Я не пыталась быть забавной, я рассказывала тебе, что ты заставляешь меня чувствовать.