- Паш, ты мудила. – Заключила я, глядя себе в колени. – Гребаный кукловод, сделай один простой вывод из того, что до Испании я бы тебе ничего не сказала.
- Поэтому мы в Испании. – Серьезно кивнул он, пригубив бокал и спокойно глядя на меня. – И ты ошибаешься, сейчас я точно это знаю. Ошибаешься относительно того, что до Испании ты бы мне не рассказала. Может быть в последний момент, но сообщила бы. И хер ты меня переубедишь, кис.
- Да больно надо. Самовлюблённая свинья.
- Мудила, кукловод и свинья. – Он прыснул, весело глядя на меня.
- Еще сексист, шовинист и гомофоб. – Добавила я, исподлобья глядя на него.
- Ну, с этим не буду спорить. – Пожал плечами, иронично приподняв уголок губ. – Что-то еще?
- Махинатор, манипулятор и хитрожопый воротила.
- Да я тебя умоляю, какой воротила? Так, средненький ИП. – Довольно улыбнулся, хищно блеснув глазами. – Но вернемся к нашим баранам. Кис, знаешь почему я для тебя мудак? Потому что я, видимо, первый из мужиков говорящий с тобой честно и откровенно. Я вижу, как ты на меня смотришь и поверь, чувствую то же самое что и ты, хотя, временами, мне тебя мучительно хочется убить. Мы с тобой давно не дети, чтобы розовую лапшу друг другу вешать. Я, разумеется, мог бы и дальше втихушку все проворачивать и сменять тебе одни розовые очки на другие, но характер у меня не тот, чтобы долго хитроумные сети плести. Захотел – сказал, сделал, забрал. Так что тебе должно быть лестно, что я-таки попрал собственные принципы и попытался завоевать твое порочное сердечко хитроумными замутами, которые, в принципе, терпеть не могу.
- Ага, спасибо, мне лестно. – Саркастично отозвалась я, убито качая головой.
- Я же оставил тебе право на выбор, и только сейчас обо всем рассказал. Что не так-то?
- В смысле, что не так? Ты меня, сука в оборот взял, такую хуйню провернул, чтобы проверить прогнусь ли я под тебя или нет, а мне должно быть лестно что твое царское величество снизошло до плетения интриг? Один трепло и мудак, второй в игры со мной играет и тоже мудак…
- А ты белая и пушистая. – Кивнул Коваль. – Невинная и непорочная. Слушай, ты трахалась одновременно со мной, чуркой и полупокером. Была бы другая на твоем месте, я бы даже в твою сторону не посмотрел. Но, сука, зацепила. Когда понял, что там за смазливым лицом и распутным нравом мозги, сила и верность, только подойди к этому правильно, вообще зациклился. Подошел, а ты истеришь. Сижу тут перед ней распинаюсь, в ответ слышу, что я мудак, оказывается. Ты вообще сама понимаешь, чего ты хочешь и какой тебе мужик нужен? И почему ты ебешься с тремя одновременно?
- Не с тремя одновременно. – Буркнула я.
- С двумя, да?
- Я с ним живу как-никак.
- Заебись. Со мной и с ним. Хоть не в один и тот же день?
- И это я истерю?
- Я просто сейчас охуел. Я реально охуел. – Бокал с громким звоном опустился на подлокотник и был очень зло стиснут.
- Это я сейчас охуела, Коваль. Сидишь тут, изображаешь мужа оскорбленного изменой. Да по сути расклад-то прост, не надо мне в уши вкручивать! Ну потрахались. Несколько раз. И…
- И ты рванула со мной в другую страну чтобы продолжать это делать, а сейчас сидишь и стенаешь что я тебя, бедную, на вшивость проверял. Без повода же, ага.
- Ты невозможен. Я к себе в отель. Иди ты на хуй вместе с Женькой. Спасибо за чудные выходные, Павел Александрович, вылет по расписанию, если будут непредвиденные обстоятельства, мы вам заранее сообщим, доброго вечера.
- Да ну конечно, в отель ты поедешь. – Коваль схватил прошедшую было мимо меня за руку и, резко встав, подхватил на плечо. – Поедешь ты, да. Чтобы в бабской голове дальше культивировать дебильные мысли, делающие из мухи слона. Избавляйся от этой привычки. Я тебе все по полочкам разложил и разжевал. Не хотела серьезных отношений – смолчала бы про полупокера, теперь поздно. – Паша довольно фыркнул и укусил меня за бедро.
- Кова-а-а-аль. – Уперевшись в его спину простонала я. – Ты меня разочаровал, чудовище. Понимаешь, нет? Ра-зо-ча-ро-вал.
- Очарую обратно. – Парировал он, открывая дверь в номер. – Недавно у нас с тобой тема была за интересное направление в сексе. Знаешь, у меня на двенадцать, стоит только представить твои кошачьи глаза, когда ты будешь стоять передо мной на коленях.