Бэнкси. Женский портрет (по мотивам картины Жана Огюста Доминика Энгра). 2009. © allielovestea / flickr.com
Бэнкси. Афиша выставки «Бэнкси против Музея Бристоля». 2009. © Dunk / flickr.com
Клод Моне. Мостик через пруд с водяными лилиями. 1899 © Shutterstock.com
Бэнкси. Покажи мне Моне. 2009
Рембрандт. Автопортрет в возрасте 63 лет. 1669
Бэнкси. Рембрандт. 2009 © pedro layant / flickr.com
Воображаемый музей Бэнкси
Сейчас мы обсудим ключевую особенность творчества Бэнкси, которая научит нас «читать» большинство его работ. Произведения уличного художника наполнены бесконечными параллелями, намеками и цитатами из художников самых разных эпох и культур. Для Бэнкси цитаты – способ говорить об истории искусства. По мнению художника, в современном мире искусство превратилось в декорацию, очень красивую, но совершенно бессмысленную. Люди воспринимают его поверхностно, на бегу. Им важнее сделать селфи в музее или купить футболку с картиной, чем по-настоящему задуматься над содержанием произведения.
Впрочем, виноваты не только легкомысленные зрители. Бэнкси неоднократно иронизировал над тем, что само устройство музейного мира располагает к тому, чтобы картины воспринимались посетителями потребительски. В картине 2009 года «Выход через сувенирную лавку» прямо на идиллическом деревенском пейзаже Бэнкси написал аэрозольной краской типичную музейную фразу «Выход через сувенирную лавку». Наглая ярко-розовая надпись уничтожила идиллию оригинальной картины, осквернила произведение искусства. Таким образом Бэнкси наглядно продемонстрировал, что апогеем посещения музея становится вовсе не наслаждение от встречи с искусством, а сувенирный магазин в конце пути. Покупая на память постер или сувенир, зритель как будто бы присваивает искусство себе, низводя его статус до вещи. Бэнкси такое положение дел совершенно не устраивает. «Разве мы не хотим жить в мире, созданном искусством, а не просто украшенном им?», – задается вопросом художник.
Для того чтобы массовый зритель наконец отвлекся от бесконечных музейных селфи и сувенирных лавок, Бэнкси решил провести зрителей по собственному воображаемому музею. Художник выбрал самые известные и особенно любимые в сувенирных лавках образы и постарался показать их актуальность в XXI веке.
В 2014 году на одном из бристольских зданий Бэнкси сделал вариацию на тему картины Яна Вермеера «Девушка с жемчужной сережкой». На оригинальной картине голландского мастера XVII века – девушка в необычном восточном тюрбане и с украшением в ухе. Нежная, изысканная, хрупкая красота «Девушки с жемчужной сережкой» сделали ее настоящей иконой мирового искусства. Картину Вермеера назвали «Северная Мона Лиза», ей посвящали стихи и романы и даже снимали о ней фильмы.
По-видимому, Бэнкси картина Вермеера привлекла именно своей известностью. Уличный художник хотел показать, что истинная красота искусства Вермеера поблекла в этом водовороте популярности. Режиссеры фильмов и производители туристических сувениров мало заботятся о том, чтобы рассказать о содержании работы. Она стала всего лишь этикеткой, лейблом, который помогает им дороже продавать свои товары. Бедная девушка с жемчужной сережкой просто оглохла от этого бесконечного информационного шума вокруг нее. Именно поэтому Бэнкси назвал свою работу «Девушка с пирсингом барабанной перепонки» и заменил сережку на желтую коробку сигнализации.
Впрочем, некоторые аллюзии у Бэнкси не столь очевидны, как в пирсингованной «Девушке» Вермеера. Например, созданная в том же 2014 году роспись «Мобильные влюбленные» на первый взгляд кажется забавной шуткой об интернет-зависимости. Перед нами обнимающаяся пара, но вместо того, чтобы смотреть друг другу в глаза, оба уставились в свои телефоны. Наверное, проверяют рабочую почту или листают ленту в «Инстаграме». А может быть, пишут друг другу любовные послания. Типичная картина для XXI века. Однако и в прошлом веке случались похожие истории. Присмотритесь повнимательнее: роспись Бэнкси очень похожа по композиции на картину художника Рене Магритта 1928 года «Влюбленные».
Магритт изображает мужчину и женщину, чьи головы завернуты в плотные непроницаемые покрывала. Как это обычно бывает у Магритта, его работы сложно интерпретировать однозначно. Может быть, это метафора головокружительной любви, которая слепа. А может, речь идет об отчужденности – мужчину и женщину разделяет стена непонимания. Во «Влюбленных» слишком мало зацепок, чтобы разгадать их тайну, но они все же есть. Обратите внимание на обстановку, в которой Магритт нарисовал своих целующихся – они изображены в углу, фактически в тупике. Видны только потолок и стена, нет ни окна, ни линии горизонта, пара словно заперта в этом неуютном ограниченном пространстве.