Увы, такая идиллия не могла долго продолжаться. Тринадцатилетний Шуренька стал, наконец, проявлять свои назревшие чувства с такоа-недвусмысленной ясностью, что пришлось принять крутые меры. Заметил ли кто-нибудь, что тенерь и Маня стала отвечать на мои «авансы»,.. как тогда говорили, что мы все чаще уединяемся в последней «Зеленой* комнате, где нам обоим одновременно нечего было делать, но на jï-ути-: моей первой пассии стали восставать всякие препятствия. Так, моей избраннице стали поручать стирку на кухне, и я теперь видел ее там е оголенными до плеч руками за мытьем пеленок. Разумеется, такие репрессии не только не способствовали моему охлаждению, а напротив,. лишь возбуждали жалость к той, которую я хотел бы видеть «на троне».-