Подбежавшие к машине маршалы держали наготове огнетушители, но открытого горения не было, так что их решительные, но немного растерянные лица вызвали улыбки у наблюдавших за этим в прямой трансляции механиков Simtek.
Собственно, все развлечения, что им были доступны — это пит-стопы, которых предстояло совершить всего лишь четыре на обе машины, да зрелищные кадры со сходами то одного, то другого гонщика.
Обгонов то, по сути, и не было! Редкие опережения круговых — не в счёт, это и не обгоны то вовсе.
Почти все перемены мест в пелотоне объяснялись только пит-стопами. Единственным, кто продвигался вверх в классификации не только за счёт превосходства в тактической игре с соперниками был, как это ни удивительно, Джонни Херберт. Британский ветеран Benetton, видимо, вспомнил, как нужно пилотировать и к середине гонки шёл на третьем месте.
Стартовав седьмым, Джонни проиграл одно место на старте, но после собрался и, обогнав сначала Ирвайна на четырнадцатом круге, а позже, после первого своего пит-стопа, Френтцена на девятнадцатом — вышел на третье место.
На сороковом круге Херберт снова откатился назад после второго заезда в боксы — вернувшись на трассу лишь шестым он пропустил Култхарда, Бергера и Хаккинена. С финном, правда, удалось справиться всего за три круга — и если в первый раз Джонни опередил Мику за счёт альтернативной тактики, то второй раз прошёл его уже в прямой борьбе на трассе.
Ещё десятью кругами спустя Херберт обогнал Бергера и вышел на четвёртое место, которое ещё через круг превратилось в третье, когда покинул гонку задымивший болид Култхарда, остановившийся на обочине по техническим причинам. Единственный продолжавший гонку Williams Хилла разделял пару машин Benetton, но никаких дальнейших подвижек за десяток кругов до финиша не ожидалось — Шумахер опережал Хилла на двадцать пять секунд, а Хилл, в свою очередь, опережал Херберта на двадцать.
В итоге на счету Джонни оказалась чуть ли не половина обгонов всей гонки, которая в этом аспекте оказалась жутко не зрелищной. Лидеры ехали на разных тактиках и почти не пересекались на трассе друг с другом, а остальной пелотон на тактике с тремя пит-стопами постоянно перемешивался, заезжая в боксы, так что прямая борьба за позицию сегодня была редка.
В телетрансляции настолько не было настолько нечего показывать, что режиссёр всячески пытался оттенить отсутствие событий на трассе. Он то перебирал самые красивые виды с камер на машинах, то переключался на пит-лейн и показывал беседующего с кем-то Ники Лауду, то в уголке экрана включал врезку с интервью яростно трясущего шикарными усами Найджела Мэнселла.
Хоть трансляция на мониторе шла без звука, но всё было понятно и без пояснений — по живым эмоциям на лицах или контексту происходящего. В любом случае, из-за шума проносящихся машин ничего слышно бы и не было, но Джеймс был более чем уверен, что и в телетрансляции комментаторы сейчас пытаются заполнить пустоту своим словоблудием.
Например, прямо сейчас говорят что-то вроде — «всё очевидно, ждём конца гонки, поздравляем Шумахера с победой, но дождёмся клетчатого флага, потому как в гонках бывает всякое».
И оно, это самое «всякое разное» действительно произошло, хоть и не с Шумахером.
Сотрудники Benetton выбежали на пит-лейн, и, поприветствовав одержавшего такую нужную вторую в сезоне победу лидера команды, стали обниматься и поздравлять друг друга. Уходить они не торопились — скоро должен был показаться и шедшим вторым Дэймон Хилл, отстававший от немца на полминуты, а ещё через столько же — занимавший третью позицию Джонни Херберт.
Первое и третье места — отличный результат, возвращавший команду в борьбу за Кубок конструкторов, ведь за первые три гонки Benetton набрал всего семь очков, в то время как лидировавший Williams — целых двадцать три.
Но что-то шло не так. Режиссёр, показав всему миру приветствующего трибуны Михаэля, а после — торжествующего босса Benetton Флавио Бриатторе, вернул трансляцию стартовой прямой, на которую должен был выезжать Хилл. А его всё не было…
В объектив камеры неожиданно влетел Джонни Херберт, пересекающий финишную черту. На графике трансляции рядом с его именем и фамилией появился титр «2».
Громкие крики радости, долетевшие до боксов Simtek с другого конца пит-лейна, на несколько секунд опередили начавшуюся на экране трансляции вторую волну ликования механиков и инженеров Benetton, праздновавших дубль и первый в карьере подиум Херберта!
Третью ступеньку подиума занял Бергер, хотя по чистой скорости его Ferrari — без схода Алези и Култхарда, да ещё и проблем Дэймона на финише — могла претендовать максимум на шестое место.