Самой горячей новостью, которую обсуждали буквально все, стал уход Найджела Мэнселла из McLaren — скажем так, «по собственному желанию». Британец, разочарованный не оправдывавшим надежд сотрудничеством с командой и Уокинга, всё же не планировал покидать команду, тем более так быстро.
Но Рон Деннис, руководитель McLaren, и Норберт Хауг, глава Mercedes Motorsport, поставлявшей команде двигатели, ускорили события.
Пару дней назад Хауг в интервью немецкому агентству DPA заявил, что Мэнселл не стоит тех 10 миллионов долларов, которые причитаются ему по контракту и чемпион мира 1992 года правильно понял намёк.
В общем, официальное объявление об уходе в отставку весь паддок ожидал со дня на день, не позднее — «Биг Найдж» в боксах команды пока не появлялся, зато вовсю готовился к гонке Марк Бланделл, неплохо показавший себя в первых двух гонках сезона.
Ещё одним изменением на решётке стала замена Карла Вендлингера из Sauber на молодым тест-пилотом Williams Жан-Кристофом Буйоном. Вендлингер, попавший ровно год назад в страшную аварию здесь же, на Гран-при Монако — на скорости под 300 километров в час он влетел в барьеры в Nouvelle Chicane. Австриец тогда провёл несколько недель в искусственной коме и к концу сезона вернулся за руль, но, очевидно, не мог выйти на свой прежний уровень.
Буйон, чемпион европейской Формулы-3000 прошлого года, выглядел достойной заменой — и Фрэнк Вильямс наверняка не сомневался, отдавая его Петеру Зауберу для «обкатки» за рулём вполне конкурентоспособной машины.
Джеймс покопался в памяти, но не нашёл о нём никаких воспоминаний — вот просто ни-че-го — и сделал логичный вывод: молодой француз, скорее всего, ничем особым не отметится и вскоре покинет чемпионат.
Тем временем по паддоку продолжал ходить слух о возможном переходе Михаэля Шумахера. Судя по всему, в борьбу за лидера чемпионата вступил и McLaren.
Здесь снова отметился Норберт Хауг. Mercedes Motorsport в своё время спонсировало начало выступлений Михаэля в младших формульных сериях и было вполне не прочь вернуть немецкого гонщика за руль машины с немецким двигателем.
Попытка, как знал Джеймс, тщетная, но цену сделки это точно увеличит на несколько лишних миллионов.
Больше особо ничего интересного узнать не удалось — ходили какие-то невнятные шепотки о том, что Phillip Morris, большой табачный спонсор, логотипы брендов которого красовались на доброй половине машин пелотона, недоволен бесчисленными скандалами последних сезонов. И не просто недоволен, а проявляет определённые опасения относительно того, как Берни и Макс управляют чемпионатом, и может пересмотреть свои спонсорские программы на ближайшие годы — но это и вовсе не стоило принимать во внимание.
Деваться «табачникам» некуда, пусть попытки прощупать границы возможного крупные спонсоры предпринимали регулярно, но заменить такую шикарную рекламную площадку было просто нечем, так что Formula One Group в целом и Экклстоун в частности отбивали подобные нападки без особого труда, изрядно поднаторев в этом деле за последние годы.
Собрав всю информацию, какую только смог за полчаса, что выделил ему в своей неизбывной щедрости мистер Эверитт, Коллинз по невероятно узкому пит-лейн — самому узкому и тесному в чемпионате — вернулся к команде.
В ответ на вопросительный взгляд главмеха Джеймс только отрицательно покачал головой — ничего действительно важного и интересного, мол — и, засучив рукава, взялся за работу.
Четверг начался спокойно, хотя определённая нервозность всё же ощущалась.
В первых свободных заездах команды начали с работы над базовыми настройками, особое внимание уделяя балансу машин и работе тормозов. Рисковать не хотел никто — но получалось у всех по-разному.
В пелотоне хватало новичков, дебютировавших не только на этой трассе, но и в чемпионате в целом. Но осторожничали не только они — даже опытным пилотам требовалось время, чтобы вкатиться, почувствовать ритм.
Тем более что все понимали — свой максимум команды и пилоты смогут показать только в субботу, когда асфальт немного прорезинится, инженеры решат вопросы с настройками машин, а пилоты приноровятся к особенностям трассы, практику на которой можно получить лишь раз в год.
Особенно отличился последний новичок пелотона, Жан-Кристоф Буйон. На первых свободных заездах француз уничтожил свой Sauber ровно так же, как сделал это Карл Вендлингер годом ранее — на высокой скорости он влетел в барьеры в Nouvelle Chicane, но в отличие от австрийца, не пострадал, хотя машина отправилась на списание.