Деталь шлема. Серебро, позолота. Англия, VII–VIII вв.
Photo by Birmingham Museums Trust, licensed under CC0
Тут двенадцать даровдруг дружины,сын Хальфдана,поручил мореплавателю,дабы эти сокровищасвез он родичамв земли отчиеда скорей бы к нему возвращался;1870 и тогда благородногокрепко обнялвладыка Скильдинговна прощание,лобызая воителя, —и сбежала слезапо щеке седовласого,ибо старец,гадая надвое,не надеялсявновь увидетьв своем чертогеи услышать вождя,так ему полюбившегося,что не смог он сдержатьв сердце бурю слез;и не раз потомгрустью полниласьгрудь правителя —вспоминался ему1880 воин избранный.
Вышел Беовульфиз хором на луга,славным радуясьзолотым дарам(а уж конь морскойждал хозяев,корабль на якоре);шли герои,расхваливалиподношения Хродгаровы:он воистинувождь безупречный! —только старостьего и осилила,как и всякого смертного.
28
Шла дружинамужей доспешныхк побережию,и сверкали на воинах1890 сбруи ратные,кольцекованые.Страж прибрежныйследил с утеса,как и прежде;дивясь на воинство,потрясал он копьем,не грозя, но приветствуя:вот идет на корабль свойрать сверкающая,гордость гаутов!И взошли онина корму круто выгнутую,нагрузилиладью на отмелии казною, и копями,и припасами воинскими,и дарами бесценнымииз сокровищниц Хродгарапереполнили.1900 Корабельного Беовульфодарил караульщиказолоченым мечом,дабы этим отличием,древним лезвием,страж гордилсяв застольях бражных.
Ханс Гуде. Корабли викингов. 1889.
Nasjonalmuseet for kunst, arkitektur og design
И отчалили корабельщики,и отплыли, покинулиземлю данов;взвился на мачтепарус, плащ морской,к рее крепко привязанный,древо моряскользнуло по волнам —и помчалось;ни разу над водаминепопутного не быловетра плавателям,и летел через хляби соленые1910 прочно сбитый бортпо равнине бурь;скалы гаутскиепоказались вблизи,берег знаемый, —быстро к пристани,подгоняемый ветрами,побежал корабль!А уж там ихвстречал дозорныйстраж, высматривавшийв океанской даливозвращающихсяморестранников;привязал онширокореброговервью к берегу,чтобы дерево плаванийв хляби водныене увлек отлив.
1920 Повелел тогдалюдям Беовульф,благо путь недалекий,на плечах снестизолотую кладьк дому Хигелака,сына Хределя, —на приморском холмевождь с дружинойсидел в хоромах.Был дворец тот обширен,владыка могуч,а жена его, Хюгд,и юна, и разумна,и ласкова,хоть и мало зимпровела онав этом доме,дочь Хереда,наделяя без робости1930 гаутских воиновдрагоценностямиот щедрот своих.Ни гордыней, ни хитростьюне подобилась ХюгдТрюд-владычице,той, на чье лицозаглядеться не осмеливалсяни единыйиз лучших воителей,кроме конунга,ибо каждый знал:страшной кареповинный подвергнется,смертным узам,и меч, не мешкая,огласит над злосчастнымприговор Судьбы —и без жалостисмертоносное лезвие1940 сокрушало жизнь.Не к лицу то властительнице,не пристало то женщине,даже лучшей из жен,прях согласья,по злобе, наветамилишать жизнимужей неповинных!Родич Хемминга, Оффа,укротил ее;и за чашей медовойлюди сказывали,что смирилась,притихла злочиннаяс той поры, как взялюный вождьдеву златоукрашеннуюв жены за море,конунг Оффав свои чертоги, —1950 там по воле отцовской,за желтыми водами,зажила она,с той поры добронравная,многовластнаяблагоденствовала,и была ей ниспосланадоля радостная,и любил еевождь дружинный,герой досточестный,из сынов земливсеизвестнейший, —так я слышал, —от моря до моряОффа славилсяи победами ратными,и подарками щедрымикопьеносцам-дружинникам,и в державе своей1960 мудровластием;и таким же, как он,был внук Гармунда,родич Хемминга,в битвах яростный Эомер,покровитель воителей.