35
Выйдет ли скорбный,один, стеная, —2460 дом и усадьбаему покажутсячрезмерно обширными!Вот так же и в сердцевладыки ведеровтаилось горе:убит был Херебальд,но вождь был невластенза смерть возмездиемвоздать убийце,ведь и постылогоотец не в силахсына подвергнутьпозорной казни!Тогда он в душе своейлюдские радостиотринул радисвета Господня:селенья и землион, уходящий,2470 как должен владелец,оставил детям.И были битвы,ходили шведывойной на гаутов,морскими походами,с тех пор, как умердержавный Хредель,и до поры, покасыны Онгентеовавойнолюбивыене пожелалимира на море,но в дерзких набегахс нами сходилисьблиз Хреоснаберга.И многим известно,как наше воинствос ними сквиталосьза кроволития,2480 хотя победабыла добытаценой кровивождя гаутского, —настигла Хадкюнав той схватке гибель.Но, как я слышал,убийца конунгаубит был наутро,воздал за родичародич Эовор,встретив Онгентеова, —шлем от ударашироко треснул,пал наземь Скильвинг,и меч не дрогнулв руке гаутскогокровоотмстителя.
За все, что Хигелакмне дал державный,2490 за все достояние,дом и земли,ему платил яклинком, сверкавшимв работе ратной:ни витязей шведских,ни датских всадников,ни войска гепидскогок себе на выручкуне призывал он,казны не тратилна слабых ратников,коль скоро я первымвступал в сражения,стяжая победы! —и так да будет,покуда жив я,покуда мне веренклинок испытанный,не раз служивший2500 моей отвагес тех пор, как Дагхревнаубил я, и хугскийвождь не вернулсяк владельцу фризоввместе с добычей,с тем драгоценнымкольцом ошейным,но пал на полезнаменоситель,дружинник храбрый,сраженный не жалом, —он так был стиснутв моих объятьях,что хрустнули кости.И ныне да служат мнемеч и рукив борьбе за сокровища!»
Слова последние,клятву пред битвой2510 измолвил Беовульф:«Немало я с молодостисеч перевидел,и ныне снова,защитник народа,ищу я встретитьсяс жизнекрушителем,свершу возмездье,коль скоро выползетчервь из пещеры!»Так он прощалсяс ратью доспешной,державный воинс верной дружиной:«Я без оружия,без меча остролезвогопошел бы на недруга,когда бы ведалиное средство,убив заклятого,2520 обет исполнить,как то было с Гренделем;пламя опасно,и, чтобы укрытьсяот ядовитого огнедыхания,нужны мне доспехии щит железный.Не уступлю япламевержителюв битве ни шагу! —и да свершитсясуд справедливыйСудьбы-владычицы! —не похвальба спасет,но храбросердиев борьбе с крылатым!А вы дожидайтесьвблизи кургана,мужи доспешныетого, победного,2530 из двух соперников,кто упасетсяот раны смертельной;не вам сражаться,но я – единственный,кому по силамтягаться с гадом,с поганым в битвемериться мощью!Возьму добычу,богатства курганные,либо гибельв удел достанетсявашему конунгу!»
Королевские курганы в Старой Уппсале, Швеция. Иллюстрация из трактата Suecia Antiqua et Hodierna. Конец XVII – начало XVIII в.
Dahlberg, Erik. Svecia Antiqua et Hodierna. Facsimile, 1983
Встал щитоносецв кольчуге, в шлеме,воин гордый,сил преисполненныйи добромужества,путь свой направил2540 к серым утесам, —трус отступил бы! —но вождь, победившийво многих схватках,где рати враждебныесшибались с грохотом,шел, и вскореувидел в скалахжерло, откудапотоком жаркимогонь изливался,путь преграждаяв недра кургана:никто не смог быпройти невредимымв глубь подземелья,проникнуть в пещерусквозь раскаленноедыханье змея.Тогда разъярился2550 вождь ведеров:вопль неистовыйиз горла вырвался,гневное словогромом грянулосреди утесов;и распалилсяревнитель клада,заслышав клич, —не мольбу о мире,но вызов на битву.Сперва из пещерыдыханье смрадноечервя курганноговзметнулось дымом —скалы дрогнули.Гаут державный,щитом прикрывшись,пред каменным устьемстоял, покуда2560 гад, извиваясь,полз в потемкахк месту схватки;и меч двуострый,наследье древних,сиял, подъятый,в руках у конунга;и оба сердцаравно кипелии страхом и ненавистью.Держа наготовесвой щит спасительный,стоял незыблемовойсководительв наряде ратном,а змей тем временем,свиваясь в кольца,лез из пещерысудьбе навстречу.Казалось ратнику,2570 что щит, защитникдуши и тела,не так надежен,как то хотелось быгерою, коль скоровпервые в жизниСудьба не хранит егов единоборстве,в победной битве.