– Вы бывший моряк? – спросила она.
– Да. А как вы догадались?
– У вас татуировка на руке.
– Когда молодые были, баловались, – засмущался Степаныч.
– А сын кем хочет стать?
– Капитаном. Хочу его в морское училище устроить.
– Уедет. Останетесь один.
– Я привык. У меня свой дом. Собака Альма. Кстати, – неожиданно для себя произнес шкипер, – Приезжайте в гости. У меня дом на Волге. Летом у нас хорошо.
– Спасибо за приглашение. Я сама в Петербурге живу. Практически никуда не выбираюсь. Даже дачи нет. Начали с мужем строить. А потом продала. Когда он умер. Интересно, зачем я это все вам рассказываю.
– Наверное потому, что я просто попутчик. Поговорили, душу освободили, а завтра вышли на перрон и забыли.
– Зачем вы так. Иногда такие встречи в поезде надолго запоминаются. Я бы хотела ее запомнить, – и она внимательно посмотрела на Степаныча.
– Да вы правы. Извините, я пойду, покурю.
Он вышел в тамбур. Закурил. За окном, в вечерних сумерках проносились огоньки деревень и полустанков.
– А может она права? – Подумал он.
Ранним утром они вышли из вагона.
– Вам куда? Я в город, – сказала Мария Семеновна.
– Нам еще на электричке добираться. – Ответил Степаныч, протягивая руку, – до свидания. Спасибо за компанию.
– А адрес? Я не забыла.
– Да, сейчас напишу. – Степаныч начал торопливо искать ручку.
– Вот мои координаты, – она протянула листок бумаги. – Арсений, если будешь здесь учиться, обязательно заходи в гости. Трудно в чужом городе без друзей. А мы с твоим отцом уже подружились, – она улыбнулась Степанычу.
Они идут по перрону к электричке. Состав уносит их за городскую чер-ту. Выходят из нее на небольшой станции. Потом проселочной дорогой проходят мимо деревушки и попадают на берег залива. У кромки воды высится де-баркадер. Почти такой же, как и был у них.
Степаныч: – Давно я здесь не был. Даже телефона не знаю. Но надеюсь, Сеня, нам повезет. Должно повезти. Они постучали в дверь. Никто им не открыл.
Арсений: – Что делать будем?
Степаныч: – Не торопись. Подождать надо. Видишь, пристань не за-брошена. МожетТ, ушли куда.
Пока они стояли, к берегу подошла лодка. Из нее вылез усатый старик в кепке, похожий на старых путейцев. Арсений заметил, что бушлат на нем такой же, как и у Степаныча. Он остановился в нерешительности, присматриваясь.
– Витя, ты что ли?
– Я, Федя.
– Не думал, что когда-нибудь снова увидимся.
– И я, по правде говоря, не думал.
Они обнялись и долго стояли. У Федора на глазах стояли слезы. Он все хлопал Степаныча по спине. Потом заметил Арсения, стоявшего невдалеке.
– А это кто, внук что ли?
– Нет, это мой сын, – ответил Степаныч с некоторым замешательством, – Младший. Мы с ним напарники. Работаем вместе.
– Давай познакомимся, напарник. Меня зовут Федор Петрович Горюха-лов. Мы служили вместе с Виктором Степановичем на северном флоте в Мур-манске. Сначала на одном корабле, потом сами начали командовать. Ну а те-перь вот, приписан на прикол к этому дебаркадеру.
– Ладно, не скромничай Федя, – поправил Степаныч.
– Арсений, – пожав твердую, отполированную веслами руку моряка, от-ветил Арсений.
– Давайте, пойдемте в дом, Чего стоять.
На стене комнаты висели фотографии в рамках. У одной шкипер остановился. На ней была группа молодых моряков на фоне военного корабля. В одном из них он узнал себя. Рядом очутился Арсений.
– Папа, это ты, что ли? – спросил он, узнав в одном из них отца.
– Да. Что, не узнать?
– Нет. Сейчас больше похож, чем неделю назад. Тогда бы точно не узнал.
– Федя, а у меня ни одной не осталось.
– Я тебе подарю.
Когда они уже сидели за столом, Степаныч, наконец, раскрыл карты.
- Привела меня Федя к тебе одна цель. Так бы вряд ли сподобился. Сам знаешь, как нелегко нам старикам куда-то с места сдвинуться. Вроде как приросли. Да я вижу и ты на том же месте.
– А куда мне. Все время здесь. Дома-то не бываю. Там у меня молодежь живет. Внучка, анечка. Ну, поедем, сам увидишь.
– Да мы ненадолго. Может здесь пока и остановимся, чтобы не беспоко-ить твоих.
– Да ты что. Только обрадуются. Однокашник в гости пожаловал. Сколько осталось-то наших и не знаю. Ну ладно, еще наболтаемся. Что за дело у тебя?
– Да вот Арсения пристроить хочу.
– Понимаю. Твоя рекомендация для меня достаточна. Завтра встретимся с нашими. Будет повод навестить.
Вечером, несмотря на уговоры Федора Петровича, они остались ноче-вать на дебаркадере, а тот уехал домой, утром пообещав вернуться.
Утро. Разбудил их короткий гудок сирены. Арсений посмотрел в окно, и через туман, стелящийся над водой, разглядел приближающийся катерок. Он увидел, что Степаныча на лежанке уже не было. В дверь ввалились они уже вдвоем с Федором Петровичем.