- Да я же говорил, что не пью.
- Ах да, забыл. Только с божьими людьми. А вот и она идет. Ладно, по-позже, – сказал он пряча бутылку за пазуху.
Туристы погрузились в «Ракету» и она отошла, рявкнув на прощанье сиреной.
Степаныч, провожая ее взглядом, – Вот и мы, как теплоходы. Гуляем, пьянствуем, а потом пристанем к берегу, и не можем вспомнить, где очутились.
- А сюда причаливают теплоходы? – Спрашивает Арсений.
- Что они здесь забыли.
- Ну, так. Отдохнуть.
- Ты Арсений постригся бы, чем вопросы глупые задавать. Помощник шкипера все-таки.
- А что, лысым ходить приличнее.
- Ну не совсем налысо. Можешь стрижку какую модную в Казани сделать.
- Я подумаю.
- Подумай. И вот еще что, у меня тельняшка есть из старых запасов, одевай ее. Как никак форменная одежда.
- Это можно.
Утро. Степаныч сажает рассаду помидор в парник. Арсений сидит у дверей дома в новой тельняшке, курит. Степанычу от этого безделья не по себе.
- Ты Арсений перила покрасил?
- Ага.
- Альма некормленая.
- С утра супа налил.
- Тогда, за хлебом сходи. Хлеб у нас кончился.
- Сейчас?
- Да, сейчас, елки зеленые.
- А куда?
- В деревню. По тропинке налево пойдешь, дойдешь до заброшенного пионерского лагеря. Его пройдешь, спустишься в овраг. Овраг перейдешь, выйдешь в деревню, а там спросишь.
Арсений неохотно уходит. Идет по тропинке над Волгой. Выходит на поляну, где как призраки стоят статуя пионера с горном и полусгнившие бараки. Ему становится страшновато. Он ускоряет шаг. Вскоре среди оврагов пока-зались неказистые домишки небольшого поселка. Магазин в виде бетонного бункера находился рядом с единственным каменным зданием бывшего сельсовета, который в свою очередь, лет сто назад являлся усадьбой помещика. Он был еще закрыт. У магазина стояла очередь. Впереди виднелась знакомая шевелюра Левки. Арсений отошел в тень кустов, чтобы не попасться ему на глаза. Левка пытался в очереди завести разговор о несчастной своей судьбе. Очередь состояла в основном из немолодых женщин и старух, и разговаривать с нетрезвым Левкой никто не хотел. Наконец он нашел слушателя в лице столетней старушки, которая сидела на бревне и все время кивала головой.
- Лодку c мотором забрали, рыбу всю отняли, да еще штраф за нее взяли. Простой человек теперь заработать не может, – Вещал он, а старушка смотрела на него слезящимися глазами и кивала головой в ситцевом платочке.
Наконец магазин открыли, и толпа ринулась внутрь. Левка был в первых рядах. Выйдя с бутылкой, он краем глаза заметил Арсения.
- Ну что волосатик, и ты сюда приехал порядки наводить?
- Нет, я на стажировку к Степанычу.
Но объясняться пришлось недолго. Левка ударил его кулаком в глаз. Арсений от неожиданности сел на тропинку. Браконьер бросился на него, что-бы добавить, но к Сениному счастью его спасли бабы, выходящие из магазина, знавшие шебутной Левкин характер. Они оттащили Левку, поддавая для верности кулаками, и он был вынужден отступить, все еще причитая: - «Понаехали тут».
Арсений все-таки купил хлеб, отстояв очередь и пропустив без очереди тех, кто понаглее.
Степаныч шел с пристани, встретив очередную «Ракету» один, не дож-давшись Арсения. Зайдя в избу, он увидел, что Арсений собирает вещи.
- Арсений ты куда собрался?
- Домой.
- Не понял. А как же стажировка, напарник?
- Вы же сами говорили, что я вас выживаю. Вот теперь справедливость восстановлена, я уезжаю. – Повернувшись, ответил Арсений.
И тут Степаныч увидел его опухшую физиономию и начинающий синеть фингал под заплывшим глазом.
- Кто это тебя?
- Об корень споткнулся.
- Понимаю. Корней у нас здесь хватает, - Начиная представлять себе происходящее, ответил Степаныч.
- Значит сломался.
Арсений недоуменно посмотрел на него.
- Как я хочешь жизнь прожить? Тут не получилось, сбежал, там не получится – уйдешь.… Нет дорогой. Так не выйдет. Не дам я. И сам еще накостыляю, – заорал Степаныч, выхватывая у него сумку и бросая в дальний конец избы.
Арсений с криком, - Вы не имеете права, - бросился на него. Но у Степаныча откуда-то нашлись силы скрутить его и отбросить в угол. Арсений так и остался лежать в этом углу. Тут Степаныч опомнился. Подойдя, он уже тихо позвал – Арсений. Тот молчал.
– Сеня.
- Что?
- Я тебя не ушиб?
- Нет.
- Ты извини. Погорячился.
- Ладно.
- Давай покушаем. А то скоро «Ракета» обратно пойдет свияжская. А у меня спина чего-то разболелась.
- Давай.
- А ты хлеба-то купил?
- Купил.
- Вот и молодец. А с корнями мы разберемся. Обрубим. Что мы не матросы?