Я открытость эту чую,Я найду приют вездеВ Балаганске заночуюИли где-то в Усть-Уде.
Всласть им здесь пилось и елось,И жилось по всем статьям,Так чего ж тут не сиделосьНашим будущим вождям?
Говорю судьбе – спасибо!Есть, душою широки,Эти люди без прогиба —Казаки-сибиряки.
С ними духом воспарю я,Я с орлами – сам орел.Будто родину вторуюНеожиданно обрел.
Мне оскомину не сбилиЗаповедные края.Я тоскую по Сибири,Хоть еще в Сибири я!
Песня сибирских казаков
Мы с РоссиейСибирь повенчали,Нам Сибирь, словно мать дорога.Мы Россию не раз выручали —Мы достойно встречали врага.Казаки-сибиряки, веселей!Для врага стальной закуски не жалей!Нас не зря народ зовет — «сибиряки» —Мы в бою непобедимы, казаки!Боевая труба заигралаИ, смыкаясь в едином строю,От Амура-реки до УралаСобираем мы силу свою.Стань, Россия, и сильной, и гордой!Чтоб тебе не смогли угрожать,Помни старое правило твердо:Нам сухим надо порох держать!Казаки-сибиряки, веселей!Для врага стальной закуски не жалей!Нас не зря народ зовет — «сибиряки» —Мы в бою непобедимы, казаки!
Памятники
Гранит и бронза, гипс и мрамор —Не прихоть памяти людской.В живом порыве гений замер —И время замерло с тоской.
В руке Господней не старея,Не признавая счет веков,Порой подшучивает времяНад суетой временщиков.
Всем верноподданным – спасибо!Вновь обретя державный сан,В Иркутске внемлет звон ТранссибаЦарь русский —Третий Александр!
Был строй, казалось, неизменен.Проходят годы – не века, —И сумрачно взирает ЛенинНа адмирала Колчака!
Восхождение на гору Моисея
Мой друг, безвременно лысея,Произносил мне, как стихи:– Взойдешь на гору МоисеяИ все отпустятся грехи!
…Во тьме египетской округаБыла, как баня, горяча.Я вспоминал с тоскою друга,Молитву Господу шепча.
По циклопическим ступеням,В бореньи с первобытной тьмойДорогу в скалах постепенноНашаривал фонарик мой.
От стен святой Екатерины,Душой стремясь на горный свет,Тропу монахи проторили,Врубаясь в скалы сотни лет.
Они свой труд не довершили —Ловушек много на пути.Но я был должен до вершиныК восходу солнца добрести.
Ведь сам Господь на эту горуВ огне и громе снисходил.Скрижали, грешникам на горе,Здесь Моисею он вручил.
Но откровения ГосподниЖестоковыйным не к лицу —Увы, народ и посегодняЗлатому молится тельцу!..
И впереди, и сзади люди —Знать, нагрешил не я один.А кто устал — бери верблюда,Пусть подшабашит бедуин.
Он, словно смерть, весь в белом — страшен!Кто с привидениями смел?Ты отшатнешься, ошарашенОт замогильного: «Кэ-мэл?»
Но и во тьме свет Божий светит!Как ни был дух мой сокрушен,Я до вершины на рассветеСамостоятельно дошел!
А там, торжественно и славно,В глухом молчанье горЗвенел паломниц православныхИмпровизированный хор.
И первый луч над миром прянул,И расточился ночи мрак.И «Слава в вышних Богу…» грянулМогучий иеромонах!
…Вот так на пике МоисеяСвоих грехов я бросил сеть.А друг мой больше не лысеет,Поскольку нечему лысеть!
На Синае
(Монастырь Св. Екатерины)
Пуста библейская пустыня,Но вот она передо мной —Вот монастырская твердыняС Неопалимой Купиной!
Вот – красоты неповторимой —В гранитных стенах восстаетПриют святой ЕкатериныИ Православия оплот.
Сиянье истинного светаНеопалимой КупиныПолуторатысячелетьеМонастырем охранены.
Никто по воле Магомета —Здесь грабежей не допустил,Он сам, купцом переодетый,Святыню эту посетил.
Поставил он своею дланьюОхранной грамоты печать,Как знак того, что мусульманеДолжны святыню защищать.
Не преступали той порукиДо славы нынешних временНи крестоносцы, ни мамлюки,Ни турки, ни Наполеон.