— Проблемы дома? — наконец спросил ее Вернон.
— Как обычно, — коротко ответила Марла.
— Марла? — Ее секретарша Ивонн заглянула в дверь. — Мы сегодня вместе обедаем, не забыла? Привет, Вернон. Я надеюсь, ты порадуешь нашу компанию своим присутствием.
— Ну, если ты настаиваешь, — согласился Вернон.
Марла смогла отвлечься от своих проблем во время ленча, который они провели в приятной дружеской атмосфере. Однако еще большие неприятности ждали ее по возвращении в кабинет.
У Уорена Толмена возникло бесчисленное количество возражений насчет се стратегии. Поэтому до конца дня они закрылись в кабинете у Марлы, где она пыталась защитить свою точку зрения и объяснить требования Вентуры. Это продолжалось и весь следующий день, только к вечеру секретарше удалось напечатать окончательную версию стратегии.
Как только Уорен все одобрил и подписал, наступило время вновь идти к Вентуре, чтобы представить ему стратегию. Она позвонила Бренту, горя желанием показать то, что получилось, но еще больше желая увидеть его. Прошло уже десять дней с тех пор, как они виделись последний раз. Не то чтобы она считала, но…
По приглашению Брента она приехала в «Вентуру» ближе к вечеру, когда рабочий день уже закончился. Она вручила ему готовый план:
— У меня есть копии для Фелис и Найджела.
— Их сегодня не будет. Найджел уехал еще в пять часов, а Фелис весь день провела в цехах.
— Что ж, у вас есть время прочитать и обдумать эти предложения, прежде чем возвращать мне на доработку, если возникнут какие-нибудь возражения.
Она не могла отвести от него глаз. Брент, как всегда, выглядел спокойным и уверенным в себе. Ему, пожалуй, можно было доверять. Марла не сумела сдержать улыбку, заметив, каким растерянным стало выражение его лица, когда он начал просматривать бумаги.
— Я уверена, Найджел все объяснит вам, — сказала она, неожиданно осознав, что дразнит его.
Он бросил бумаги на край своего стола.
— Лучше бы я остался кузнецом. Никаких целевых рынков, никаких стратегий, никаких процентов с дохода. Только я, мои инструменты и моя работа.
— Ну, не надо, — возразила она, — вы должны стремиться к тому, чтобы о вас знали. Даже стучась в дверь и предлагая свои услуги, вы следуете какой-либо рекламной концепции. Вы должны что-то говорить и делать, чтобы люди выбирали вас. Должны быть самым опытным, самым надежным или хотя бы иметь самые низкие цены.
Он ткнул в нее пальцем:
— Все вы такие, деловые, стараетесь перевернуть мир так, чтобы все вокруг было бизнесом.
— Да, но…
— Слушайте, а зачем мы спорим. Давайте лучше я предложу вам небольшую прогулку по пляжу и покажу, где мы играем в волейбол? Океан необыкновенно красив в это время суток, когда садящееся солнце отражается в его волнах.
Его теплый глубокий голос звучал слишком заманчиво, чтобы отказываться. Его глаза светились дружелюбием и невинностью, ничего больше, но этого было достаточно, чтобы задеть что-то в глубине ее души. Ничего ведь не случится, если она проведет немного больше положенного времени наедине с ним. Не так ли? Кроме того, они смогут обсудить вопросы, касающиеся рекламной кампании.
— Ну ладно, пойдем.
Он повел ее по улице, через песчаный пляж к самой воде.
— Я очень люблю океан, — задумчиво сказал Брент, когда они медленно шли возле самой кромки воды. — Знаете, когда я в первый раз увидел его, мне было двадцать лет.
— Забавно, я тоже, — сказала Марла.
Он выглядел удивленным.
— Правда? Так, значит, вы родились не в Калифорнии?
— Нет, я выросла в Чикаго, — сухо ответила она.
— И что, никогда не ездили в Форт-Лодердейл на весенние каникулы? Я думал, это традиция для жителей Среднего Запада.
— Не для всех. У моей семьи было мало денег, поэтому я работала во время каникул, стараясь накопить денег на колледж. Я всегда была очень амбициозной и целеустремленной, — задумчиво улыбнулась она. — Я думаю, Форт-Лодердейл был не для меня.
— Как я понимаю, на колледж вы накопили?
— Да, а когда мне было двадцать, я работала вожатой в дорогом детском лагере в Массачусетсе. Моя знакомая из этого лагеря пригласила меня провести последнюю неделю лета вместе с ее семьей на побережье. Тогда я и решила, что когда-нибудь обязательно буду жить около океана.
— Понимаю. Когда я впервые увидел океан, я понял, что никогда не уеду отсюда, — согласился он. — А ваши родители были не против, что вы так далеко собираетесь?