Меня признали лучшим снайпером, разрешили стрелять левой рукой и из винтовки. Мне мешал приклад и попадания были не такие точные как при стрельбе из пистолета, но все же в цель я попадал.
Дамян знал эту историю, ему рассказали о ней, и поэтому он был уверен во мне. Я тоже гордился своим умением стрелять без промашки, но тогда еще не знал, что для того чтобы уберечь себя и спасти от смерти человека, верного глаза и надежной руки мало!
Увлекшись игрой в шарики и собственными мыслями, я все же заметил, что некоторые мальчишки вдруг стали оглядываться. По нашим улочкам в те времена редко ходили мужчины в шляпах — поэтому глаза ребят подозрительно заблестели. Меня тоже пронзило подозрение.
Их было двое, они появились со стороны широкой улицы, по которой ходил трамвай, шли быстро, разглядывая номера домов. Подошли к нам. Мальчишки продолжали игру, но в их движениях, в их взглядах чувствовалось напряженное ожидание. Двое в шляпах, с гладко выбритыми, холодными лицами прошли мимо нас и в ту же минуту, когда я подумал, что они идут с точно определенной целью, в дверях Лининой квартиры показалась Сашка. Поверх вчерашнего платья она надела темно-синий жакет, в руках у нее была сумочка. Она, не оглядываясь, пошла по тротуару навстречу тем двоим в шляпах.
Мне показалось, что вокруг стало тихо как на стрельбище.
Перестав играть, мальчишки наблюдали за двумя мужчинами. Я снял предохранитель с вальтера, готовый в любой момент вынуть руку из кармана.
Они поравнялись и разминулись. Сашка продолжала свой путь. Те двое подошли к Лининой квартире. Один из них посмотрел во двор, а потом оглянулся на Сашку. Они о чем-то заговорили. Тот, который оглянулся, поспешил вслед за Сашкой. Она, очевидно, почувствовала это, но не ускорила шаг. Не посмотрела и в мою сторону.
— Барышня… Барышня!
Сашка продолжала идти. В огромном, притихшем под нависшим небом мире слышались только ее шаги.
— Барышня!
Мальчишки схватили свои шарики и исчезли за близкими заборами. Улочка притаилась, стало душно.
Не пора ли мне вмешаться?
Кто-то тронул меня за локоть. Оборачиваюсь и вижу Дамяна, незаметно приблизившегося ко мне. Лицо у него бледное. Я молчаливо киваю головой в сторону Сашки. По его напряженному взгляду чувствую, что он встревожен.
В следующую минуту Сашка побежала. Заметила ли она нас? Или хотела убежать от нас?
Тот, который шел за ней, тоже побежал.
Другой, стоя посреди улицы, наблюдал одновременно и за квартирой Лины, и за Сашкой. Я собирался вынуть руку из кармана, но Сашка шмыгнула в какой-то двор. Агент, теперь я был уверен, что это агент, прислонился к задней стене низкого домика и сунул руку в пиджак.
Я застрелил его с первого же выстрела.
— Берегись! — крикнул мне Дамян, доставая револьвер.
Я повернулся и на ходу прицелился в другого агента. Ударник сухо щелкнул, но я не почувствовал обычного толчка в ладони.
— Беги! — подтолкнул меня Дамян.
Второй агент стал стрелять в нас.
— А Сашка?
— Выберется!
Дамян мертв. Погиб после жестоких пыток, не проронив ни слова. Я не могу обвинять его в том, что он тогда испугался. Он долго ждал на окраине, потом отправился к Лининому дому, чтобы узнать в чем дело. Ни он, ни я не знали тогда, что Лина убита.
Я обернулся и выстрелил, но пистолет опять дал осечку.
Агент прижался к стене и не шевелился.
— Сашка убежала! — бросил мне на бегу Дамян.
Второй агент стрелял, весь квартал звенел от выстрелов, в окнах, из-за заборов стали показываться испуганные лица. Я вырос в этом конце города, знал каждый дом, каждый угол и повел Дамяна за собой. Мы свернули на первом перекрестке, пробрались через несколько разгороженных дворов. Выстрелы прекратились.
— Выбрались! — вздохнул я с облегчением, когда мы отдалились и присоединились к высыпавшим на улицу женщинам и детям с близлежащих улочек.
— Конечно! — согласился Дамян.
— Жалко, что мы не прихлопнули и того типа!
— Но как они обнаружили ее? — Дамян остановился и пристально посмотрел на меня. — И почему она вышла только сейчас?
Меня молнией пронзила мысль о Лине.
— Разве Лина тебе ничего не говорила? Дамян удивленно взглянул на меня.
— Разве Лина не пришла на явку вместо Сашки?
— Нет! — покачал головой Дамян. — Никто не приходил.
— В таком случае… — Во рту у меня пересохло. — В таком случае-Мы остановились как вкопанные. Дамян опомнился первым.
— Пошли!
Нам нужно было уходить — квартал могли оцепить.
Мы шли быстро, но я не переставал думать о задней стене дома, в котором скрылась Сашка. Дамян молчал. Явно, что и его угнетала неизвестность.