Глава 19. Яна
Я опрокидываюсь на газон. Музыка в этот момент замолкает. Всё вокруг замолкает, только в ушах по-прежнему стоит свирепый голос Кирилла.
Встаю на четвереньки, чтобы подняться на ноги, но сила притяжения оказывается в разы мощнее силы мысли.
Я убираю волосы с лица. Вижу, как взбесившийся Кирилл верхом сидит на Серёже и яростно молотит его кулаками, разбивает в кровь лицо, в то время как остальные пытаются оттащить его. Что-то кричат ему, девушки вокруг визжат, предаваясь панике. Одна лишь я бездействую. Внутри меня пустота, в ушах теперь стоит белый шум, словно кто-то перезагрузил все имеющиеся инстинкты.
— Ярый, остынь! Ты же его убьёшь! — кто-то из парней наваливается на Кирилла со спины, заламывает ему руки, а тому уже сорвало планку. Он не желает ни к кому прислушиваться.
— Ты думал, я шутил, когда говорил, чтоб ты держался от неё подальше? Думал, тебе сойдёт это с рук? — на взводе надрывает голос, когда трое парней с силой удерживают его.
Им с трудом удалось разнять их. Кирилл лезет на рожон. Теперь он кидается на остальных, поскольку они не позволяют ему закончить начатое. Никогда ещё не видела его таким обезумевшим.
И если в этом не моя вина, то чья же ещё?
— Я не понимаю тебя! — хрипит Серёжа. Он задирает голову и держится за нос, из которого сочится кровь. С трудом он поднимается на ноги, шатается из стороны в сторону. На светлой рубашке разрастаются багровые пятна, в глазах его одна лишь ненависть и ничего больше. Он надвигается на Кирилла, а тот только этого и добивается. С ехидной усмешкой провоцирует зазывающим к себе жестом. — Мужик, в последнее время ты возишься с ней как с карманной собачонкой! Но разве ты не видишь, что она хочет, чтобы к ней относились как к сучке?
— Что? — я в шоке, захлёбываюсь вязкой слюной. — Что ты сказал?
— Что слышала! — рявкает на меня Серёжа, глядя из-за плеча.
Наконец-то хоть кто-то в этом хаосе обратил на меня внимание. Но тем и хуже.
Собравшись с силами, я кое как встаю. На ходу сбрасываю с себя туфли и с разбега кидаюсь ему на спину, но я выбрала не самый удачный момент, поскольку Кирилл со всей дури пихает Серёжу в грудь, и я вместе с ним лечу прямиком в бассейн. Удар был такой силы, что Серёжа буквально придавливает меня своим телом ко дну бассейна.
Я трепыхаюсь на глубине, чувствуя как лёгкие заполняются водой, а потом меня выталкивает на поверхность, где я уже могу глотнуть кислорода. К лицу моему прилипли волосы, а под руками чувствуется крепкая мужская грудь. Сильные руки поднимают меня над водой и я оказываюсь на бортике.
Убираю с лица прилипшие волосы, и вижу как Кирилл подтягивается на руках, чтобы выбраться из бассейна.
Он зол. Он в ярости. И кажется, вся его злость мощной лавиной обрушится на меня. Я готова к этому. Я даже ждала этого. Искала повода для скандала.
— Живо встала и пошла в дом! — рычит он приказным тоном.
— Но, — хочу бросить протес, но он не даёт мне и шанса.
Наклоняется, подхватывает меня за талию и как тряпичную куклу забрасывает на своё плечо.
— Ты ещё смеешь припираться со мной? Посмотри, что ты натворила! Ты испортила всем праздник!
— Я ничего не делала! — мямлю я, свисая вниз головой. — Это ты как с цепи сорвался! Что с тобой происходит?
— Я же просил тебя избегать Уварова! Хотя бы сегодня! — брызжет он ядом, врываясь в дом как грабитель.
Все гости шарахаются от нас, но никто и слова не говорит, будто ему это простительно.
— Тогда зачем оставил меня с этим папуасом Стасом? Чтобы я не мешала тебе любезничать с Кристюшей? — едко проговариваю, шлёпнув его по спине ладошкой.
— Чтобы хоть раз ты проявила самостоятельность! Ты же сама говорила, что не нуждаешься в няньке! — вихрем он поднимается по лестнице и мы оказываемся на втором этаже. — Тогда какого чёрта ты не можешь и шагу ступить без меня, чтобы не вляпаться в дерьмо?
— Какое дерьмо? О чём речь? Это был всего лишь поцелуй, — слова несутся из меня как нечистоты по сточным трубам, и имели бы слова запах, то воняли бы они соответствующе. Я в бешенстве, но вместе с тем ощущаю внутри странный прилив сил, как будто у меня открылось второе дыхание. Даже картинка перед глазами становится ярче. — Куда ты меня тащишь? Отпусти меня!
— Сейчас! Только отправлю тебя спать и сразу же отпущу!
— Да не хочу я спать! Я хочу веселиться! Хочу танцевать! Кирилл поставь меня на землю, а лучше пойдём танцевать со мной! Умоляю, — хнычу я, и кажется это действует.
Кирилл ставит меня на ноги, стискивает голову ладонями и сосредоточенно вглядывается в мои глаза, в тот момент, когда я перестаю дышать, изучая его идеально вылепленное лицо.