Уж не знаю, каким образом они его тут проводили, наверное, какими-нибудь магическими выпариваниями или переливаниями, но я не стала задавать лишних вопросов. Кровь собирали подобием шприца, а сразу после этого эстресс Марисель положила левую ладонь мне на грудь, а в правой создала белый шар. В комнате повисло напряженное молчание, во время которого все смотрели исключительно на шар. Я догадывалась, что что-то должно произойти, вот только к удивлению всех ничего не происходило. Это ведь тот самый источник? С ним что-то не так?
— Магические потоки… — задумчиво проговорила она и в упор взглянула на меня, — их нет.
Глава 4.3
В мире, где все жители обладают в той или иной степени магией — светлой или темной — наверное, невозможно встретить человека, который не обладает магией вовсе? Это хорошо или плохо?
— Напомните, лорд де Шалис, какой ритуал вы проводили? — со смешком спросил эрлорд и наклонил голову. — Слишком много странностей.
— Я уже сказал вам, ваша светлость, что проводил ритуал, чтобы спасти свою дочь и её ребенка. А какой ритуал при этом использовался — семейная тайна, передающаяся из поколение в поколение. Не мне вам говорить, что подобное не раскрывается чужакам, тем более светлым.
Эрлорд молчал, лишь смотрел на меня. Отношения этих двоих в любом случае странные. Они оба имеют компроматы друг на друга, поэтому не вмешивают третье лицо — Темного властелина. Эрлорд терпит молчание лорда де Шалиса, но до какой степени? Когда они захотят вмешать местного правителя? От этой перспективы я лишь ужаснулась.
— Ваши магические резервы полностью истощены, будто… будто вы вовсе не обладаете магией, — продолжила эстресс Марисель и предположила: — Поэтому сейчас плоду ничего не угрожает, никакого дисбаланса магии. Соответственно, и ваша жизнь в безопасности. Той боли, что вы испытывали раньше при передачи светлой магии ребенку, больше не будет.
Сказать, что я рада была это слышать, ничего не сказать! Ура, я буду жить! И ребенок, разумеется, тоже.
— Прекрасно, — заключил Анвэйм Светлый. — Одной проблемой меньше. Не придется удерживать тебя силой от необдуманных поступков.
Ну вот что за мужчина?!
— О, это действительно чудесные новости! Могу ли я теперь рассчитывать на то, что вы… — хотела сказать “уберетесь из моей жизни”, но вовремя прикусила язык и исправилась: — сможете поручить заботу обо мне полностью на плечи лорде де Шалиса?
Он смотрел и недоумевал. Мне понравилось это растерянное выражение лица: пожалуй, именно его мне хочется сохранить в памяти.
— Боюсь, что ребенок все равно будет нуждаться в постоянных подпитках светом, пока не окрепнет его магический фон. Хотя могу вас обнадежить: раньше ваша природная темная магия боролась со светом ребенка в попытках уничтожить плод, а эрлорд, насколько я узнала от магистра Равиоли, по его наставлениям подпитывал ребенка светлой магией, причиняя вам боль, но при этом сохраняя жизнь ребенку, сейчас же никакой боли от этой подпитки не будет. Вам больше ничего не угрожает. Кажется, я повторяюсь, но лишь хочу вас успокоить. Если вы — нейтральная, то ребенок будет развиваться самостоятельно, без внешнего пагубного воздействия.
Я несколько мгновений смотрела на эстресс Марисель благодарно. Она не только обнадежила меня, но и дала недостающие кусочки пазла: Аламинта сбежала от эрлорда, так как он буквально “пытал” её, заставляя ребенка жить, в чем его нельзя винить — он спасал наследника; получается, Аламинта действительно могла попытаться избавиться от ребенка, сбежать с любовником (или использовать его в качестве инструмента для побега), но лорд де Шалис вновь не дал ей это сделать, предложил альтернативу, в результате которой Санронгу пришлось воспользоваться своим даром и вернуть душу из-за грани. Вот только вернулась не душа Аламинты, а моя — нейтральная, не угрожающая ребенку. Пазл сложился в общую картину, хотя все еще оставались на нем белые пробелы и неточности. Доподлинно я смогу узнать правду лишь из первых рук. Но все складывалось, кроме одного… как вообще появился этот ребенок?
— Значит, все было не зря? — спросила я, накрыв руками живот.
— Мне вот что интересно, — начал эрлорд, посмотрев на эстресс Марисель, — ритуал на блокирование магии как-то связан с тем, что теперь я не могу читать эмоции леди Аламинта?
— У меня есть на этот счет некоторые предположения, — согласилась Марисель и посмотрела на Энрада, — быть может, ваша способность чтения мыслей, ваша светлость, связана с магией каждого из нас: ведь до этого никто не лишался магии, по крайней мере, из тех, с кем вы знакомы и кого знает история. Можно предположить, что эмоции леди Аламинты закрылись для вас вместе с её магией.