Ну почему я такая несчастная? Почему этот чёртов Валера? Почему эти родители? Почему вообще этот Егор мне подвернулся?! Он же такой шикарный, мог бы отказать мне!
На небольших кусках курицы чувствовался солоноватый вкус слёз. Да что это со мной такое! Я же никогда стараюсь не унывать, даже если всё плохо.
А сейчас очень плохо!
Снова рёв, заедаемый ударной дозой майонеза. Всё плохо, всё ужасно плохо! Егор, Валера, мама, да и папа, наверное. Я не смогу им сказать, не смогу.
Или, может. Попробовать? Да, явно надо попробовать. Но сейчас я такая несчастная…
Даже не убрав за собой, легла на диван и стала раздумывать над всей сложившейся ситуацией и даже улыбнулась. Сумасшествие какое — то. Теперь мне хочется смеяться. Может, не так всё и плохо? Надо бы взять себя в руки, подобрать сопли и высказать всё родителям! В конце концов я взрослая самодостаточная нимфа без кота! Вот и расскажу всё!
Представляя, какой прекрасной будет жизнь без Валеры и других проблем, я сладко заснула.
***
Третья рабочая неделя пролетела без происшествий. Ну, не будем же мы называть происшествием потерянный дриадой из бухгалтерии договор на аренду складского помещения в центре города?
Умолчим, как этот договор у нее оказался и как вообще потерялся, но искала его я в положении уборщицы баб Люси, тем самым каком к верху.
Нашли. Успокоились.
Приехала культурная делегация из города — побратима. По — русски — ни бум — бум. Переводчика тоже нет, а они Гора Скотиныча требуют. Пришлось собрать весь наш запас интернационального, без матов, но со словарем, и объяснить, что босс отсутствует. Поняли, приняли, отчалили.
И началось заново.
Ксерокс — не работает. Интернет виснет. Кофе не продают, потому что на меня уже жаловались! Нет, вы только представьте, мне не продают кофе, потому что я бешеная нимфа, хуже Егора Скотиновича… тьфу, Константиновича.
В общем, к вечеру пятницы глаз уже не дергался, он просто не открывался. Саша рядом закатила истерику, когда курьер врезался в нее на полной скорости и чуть не снес. А я? Я молча отступила, чудом увернулась от Галечки из той же уже ненавистной бухгалтерии, которая несла в руках тортик. Моя чуечка не обманула, курьер врезался в Галечку, и тортика не стало.
— Калинина! — раздалось прямо над ухом.
— Это не я, они сами! — вырвалось до того, как я оглянулась.
— Калинина, я вижу, — точеная стервочка, первый зам гендиректора, скривила накаченные силиконом губки. — Нам срочно нужно кого — то отправить в филиал, там эти дурни умудрились, потерять ведомости и кое — какие договоры. Ты поедешь.
— А почему я? Я же всего две недели работаю.
Виталина Аркадьевна вновь надула губки, и я все поняла. Меня отправляют в такую дыру, куда просто — напросто никто не хочет ехать!
— Вот и будет опыт. Выезжаешь сегодня, только не забудь зайти и взять печать. Под расписку!
И она, плавно покачивая бедрами, удалилась к себе.
— Что стерва от тебя хотела? — поправляя блузку и распуская в стороны такие волны недовольства, что хотелось прятаться, ко мне подошла Саша.
— В командировку отправляет…
— В командировку? Это куда еще? Ого, — она присвистнула, схватила меня за руку и потащила в туалет. Затянула внутрь, закрыла за собой дверь на щеколду и заявила: — Я еду с тобой!
— А?
— Не акай. Там дыра дырой, поверь. Стерва тебя в Кукушкино сплавить хочет, а там только ферма их инновационная, с которой что ни день, то проблемы. Зато там мужики… То, что доктор прописал!
— Какой доктор? — спросила я.
Саша ответила. Я покраснела. Снова ей говорить, что в теории жених у меня уже появился, я не стала. Телефон зазвонил, и уже привычным движением я сбросила вызов. Валера может подождать, а работа нет.
***
Юбилейный двадцатый звонок Валеры я отметила тотальным царским игнорированием. За несколько недель наших «плодотворных» отношений плёнка на экране расцарапалась именно на месте этой клавиши. Когда я говорила своему ненаглядному козлику что уезжаю по работе, я надеялась, что меня оставят в покое. Какое там? Количество звонков увеличилось до космических масштабов. Он хотел знать всё: удобно ли мне в машине, всё ли я с собой взяла, НЕ ЗАБЫЛА ЛИ Я ЗАРЯДКУ ДЛЯ ТЕЛЕФОНА. Честное слово, лучше бы забыла.
— Это кто тебе такой напористый названивает? — Саша тут как тут, тряхнув гривой она наблюдала за экраном. — Неужели таки воспользовалась номером того инкуба, о котором я говорила?