Ирина, ведя за руку брата, быстро представила его гостям, после чего усадила за стол к мужчинам. По правую руку от него сидел главный редактор журнала «Ленинец» Ричард Костомаров, по левую — сын крупного партийного и советского лидера, Арсен Галустян, напротив — никогда не хмелеющий генерал разведки Николай Приоров. Сестра вручила брату широкий бокал, плеснула в него что-то, напоминающее самогон, настоянный на испитом чае, и доверху набросала кубиков льда. Германа передёрнуло. Некоторое время «избранные» косились на пришельца, но вскоре забыли о нём и вернулись к прерванному спору. «Пришелец» с наслаждением грыз лёд, стараясь не пропустить ни одного слова.
— … отец трижды звонил х-х-Хозяину, — заикаясь от волнения, рассказывал Галустян. — Уже бомбили Львов, Брест, Гродно, а Сталин словно растворился…
— Брешет твой папаша, — начинал хрипеть и кипятиться Ричард, — Они с Никитой первыми в штаны наложили, а Сталин все дни работал в кабинете. Почитай журнал приёмов, что вёл генерал Власик!
— Власик — мерзавец и пёс смердячий! — возмутился армянин. — Когда у Хозяина при входе сторожил, моего отца по часу мурыжил. Этого бульбаша слушать, — так покажется будто бы Грузин всю войну и выиграл! А он и армию развалил, и экономику чуть не загубил. Война на пороге, а этот недоучка чуть ли ни всех высших офицеров — под нож!
Теперь уже грыз лёд обиженный за кумира редактор журнала «Ленинец». Герман вертел головой, не зная кого поддержать. В разговор вступил генерал Приоров. Немного щурясь и, пряча за усмешкой свои эмоции, генерал с необычным для его сана птичьим голосом, вбросил неожиданный аргумент.
— Мало их, проходимцев, под нож пускал! Довоенные инспекции в приграничной полосе свидетельствовали о многочисленных фактах саботажа и даже диверсий! Немецкой агентурой были наводнены Западная Украина, Белоруссия.
— П-п-п-полноте! — вскипел Арсен, но захлебнулся в собственном клёкоте.
— Да уж, куда там «полноте», — и четверти не сказал, — перебил его генерал. — Скажите, как это мы умудрились сдать немцам крупнейшие военный склады под Львовом? А то, что рядом располагался штаб Власова, вам ни о чём не говорит?
Генерал тоже начал распаляться, взглядом призывая Ричарда Костомарова поддержать его точку зрения. Редактор никак не мог справиться с очками, которые только что лизнула хозяйская собака. Высокопоставленному разведчику поневоле пришлось противостоять доброму Арсену в одиночку. Арсен Галустян был действительно добрейшим и честнейшим человеком. Он мог излагать только то, что знал, читал или слышал и не терпел никакой отсебятины. Вся его огромная армянская семья был рождена и выпестована революцией. Его брат погиб на фронте. Второй испытывал новейшие самолёты, и лишь третий, презрев семейные традиции, предпочёл эстраду политике.
— Как Сталин мог загубить экономику, если в 1940-м году уровень производства превосходил…
Но закончить фразу генералу было не суждено. Из-за его спины огромным пасхальным яйцом возник «Весельчак У» из мультфильма «Тайна третьей планеты».
— Евлампий! — воскликнул главный редактор, — быстренько присаживайся и помоги своему шефу отбить набеги троцкистов!
Быстро сесть Евлампию мешал кокон из жира и атрофированных мышц, небрежно накинутый на скелет ископаемого гоминида. Герман таращил глаза на персонаж любимого мультфильма. «Весельчак У» грузно осаживался на поскрипывающий стул, отбиваясь от слюнявого Кальмана, норовящего облизнуть толстые сосиски его пухлых рук. Наконец, он сел и тут же улыбнулся, будто младенец, секундой назад отпавший от материнской гуди. «Вот это фактура!» — мысленно возликовал молодой человек. И вдруг все участники застолья в одно мгновенье превратились в действующих лиц экранизации повести Кира Булычёва. Аркадий — стал доктором Верховцевым, Арсен Галустян — бортмехаником Зелёным, редактор Ричард Костомаров — роботом с планеты Шелесяка, а генерал Приоров — капитаном Кимом. Молодой человек так увлёкся образными сравнениями, что пропустил начало второго этапа беседы и очнулся лишь, когда Аркадий назвал его имя.
— Герман!
— Я!
— Ты где витаешь?.. Николай Витальевич тебя второй раз спрашивает.
— Да я… Я всё про Сталина думаю.
— Ну, и?.. — подался вперёд генерал, так и не получив ответ на вопрос, кто читает Герману курс лекций по разведсообществу США, — Что вам в «Сто первой школе» рассказывают про Иосифа Виссарионовича?
— Тиран! — выпалил Герман, — Душегуб и коварный интриган!
Генерал в изнеможении откинулся на спинку стула и закрыл глаза. Галустян немедленно наполнил оратору фужер. Поскотин осознал, что сказал нечто предельно глупое и тут же его осушил.