Высказавшись, я устало замолк, наконец, получив возможность заняться своим куском жареного мяса, который совсем остыл, пока я работал языком.
— Что скажешь, Альберт? — спросил местный владетель у мага.
— Мы не сможем это проверить, только если организовывать экспедицию к ядру. Но насчёт богини — это вполне возможно.
— Я бы не хотел идти. Если она будет там, достаточно будет взять меня под контроль, и обратно никто не вернётся. Но если действительно нужно, готов провести отряд. Но, повторюсь, это опасно.
— Мы услышали тебя. Доедай и можешь быть свободен. В ближайшие дни узнаешь наше решение.
Я только кивнул, продолжая быстро насыщаться. Видно, что им нужно поговорить без моих ушей. Прожевав последний кусок, я стёр мясной сок хлебом и допив пиво, поднялся.
— Ваша Милость. Господа, — поклонился я аристократу с помощниками.
— Иди. Порадуйся сюрпризу дома, — усмехнулся барон.
Я любопытствовать не стал, и через пять минут уже шёл к деревне. Хоть вкусно поел и лично для меня важного не разболтал. С плеч спала тяжесть, но понятно, что ещё возникнут вопросы.
Впрочем, пофиг. Придумаю что-нибудь.
Выкинув из головы заботы, поспешил домой. Открыв калитку и зайдя во дворик, я только хмыкнул, увидев свет в окнах. Потянув на себя дверь, вошел в сени, где, поставив копьё в стойку, скинул с плеч рюкзак. И, наконец, повернулся к стоящим в дверях девушкам.
А после раскрыл объятия и, выйдя вперёд, негромко сказал:
— Здравствуй, сестра.
— Это ты. Ты и правда вылечился!
Смахнув выступившие слёзы, невысокая голубоглазая блондинка шагнула ближе, обнимая меня. Шмыгнув носом, подняла взгляд, всматриваясь в моё лицо, и тихо добавила:
— Здравствуй, медвежонок.
Глава 2
— Не плачь, всё хорошо, — мягко произнёс я, обнимая сестру.
— Я не верила. Боялась, что вообще умер. А ты жив и больше не такой, каким был.
Она немного отстранилась, провела рукой по доспеху, а следом я ощутил прохладную ладонь на шраме на щеке.
— Кто это тебя так? Разрез слишком ровный для когтей.
— Его ударили мечом, — ответила сестре вместо меня Элеонора.
— Это когда вы познакомились? — бросила на аристократку злой взгляд Эрна.
— Да, — спрятав глаза в пол, ответила та.
Я же отступил назад и начал снимать снаряжение, развешивая его на манекене. Защита ног. Наручи, наплечники, кираса. Шлем и стёганка.
— Ты уже не медвежонок, а самый настоящий медведь, — зачарованно произнесла Эрна, когда я остался в одной рубашке.
Следом прикрыла глаза и замерла. И я ощутил слабую волну магии, устремившуюся в мою сторону. Сестра побледнела, как только смогла интерпретировать результат поверхностного сканирования. Без сил опустившись на табурет, опустошённо пробормотала:
— Как же так, брат….
— Благодаря скверне я вылечился. А остальное — это просто цепь глупых случайностей и моей неопытности, — пожал я плечами и мягко добавил: — Ты не плачь, лучше прожить десять лет нормально, чем сорок овощем. Я не жалею.
Она потёрла глаза и, обведя интерьер сеней, попутно выполняющий роль лаборатории, полюбопытствовала:
— Ты занялся алхимией?
— Совсем немного. У меня есть доступ к ингредиентам, почему бы не попробовать?
— Это хорошо, значит, мне не придётся начинать с пустого места. У тебя тут почти всё, что нужно для старта, есть, — потёрла ладони девушка.
— Думаю, инвентарь ты осмотрела в первую очередь, — улыбнулся и спросил: — Ты к нам надолго?
— Закончила учёбу. Патентованный алхимик Академии Канта.
— О, прямо как Мартин, — влезла в разговор аристократка.
— Мартин? Рыжий такой, с веснушками? — нахмурилась Эрна. — Вы его знаете?
— Он приехал на практику к магистру. Встретили недавно, а потом они с Бьёрном отправились в лес, — быстро выстрелила слова Нора и, повернувшись ко мне, спросила: — Как всё прошло? Как сходили?
— Не верьте ему. Про Мартина много слухов ходило среди младшего потока, что он гниловатый. Но, конечно, обаятельный, этого не отнять…
Сестра тоскливо, хотя и немного мечтательно, вздохнула, явно вспоминая что-то с ним связанное.
— Сходили. Я жив. Это главное.
— А остальные? — одновременно произнесли девушки и, улыбнувшись, переглянулись.
— С ними тоже всё хорошо. Они умерли!
Эрна поперхнулась, а Нора, уже больше знакомая с моим юмором, только скривилась и поинтересовалась:
— Что произошло?
— Старик заигрался, парень же проявил свою настоящую натуру. А дальше пауки разобрались друг с другом.
— Не поверю, что ты просто стоял и смотрел, — недоверчиво покачала головой аристократка.