Ино, уже покинувший ангар, торопился им навстречу. Снова замахал им руками и споткнулся. На груди у него висело какое-то коричневатое блюдце, будто огромный медальон, своей тяжестью тянувший его к земле. Ино ухватился за коричневое блюдце обеими руками, и вдруг его комбинезон спереди окрасился алым. Ино прокричал что-то, но Дженни не разобрала ни слова.
Схватив Гленну за плечи, Клаус указал вперед. Между ангаром и приближающимся трактором по бурому утрамбованному песку мчалась дюжина или даже больше коричневых блюдец, оставляя в нем неглубокие следы, точь-в-точь воспроизводящие те, что отпечатались на мягком песке пляжа. Под каждым дисковидным телом мельтешили ножки, напомнившие Клаусу о чем-то, виденном совсем недавно, но углубляться в воспоминания ему было недосуг.
Угнаться тварям за трактором было не под силу, зато они вполне могли отрезать его от ангара. Гленна даже не потрудилась свернуть, наехав колесом на одно из членистоногих блюдец. Оно тотчас же будто влипло в толстую мягкую шину стремительно вращающегося колеса, размазавшись от скорости в коричневую полосу и каким-то чудом преодолевая центробежную силу.
Ино рухнул под тяжестью уже трех тварей, впившихся в его тело, но каким-то чудом ухитрился подняться на ноги в тот самый миг, когда трактор резко затормозил перед ним. Если бы Клаус смог отвлечься, чтобы проанализировать собственное психологическое состояние, то сказал бы, что на страх времени у него просто-напросто не оставалось. Ударом кулака он сбил одну из набросившихся на Ино тварей — запястье прошила резкая боль — и обнаружил, что та на удивление массивна и тверда.
Втроем они втащили Ино в трактор, и Гленна снова уселась за руль. Пинком отшвырнув очередного нападающего, Клаус сорвал крышку с инструментального ящика и схватил самый длинный и тяжелый из обнаруженных там металлических предметов.
Путь к ангару преграждала стая блюдец, да и виднеющийся в тени у самых ворот флаер тоже был сплошь покрыт ими. Гленна развернула трактор обратно к главному зданию и морю. На заднем сиденье Дженни держала истекавшего кровью Ино. Его остановившийся взгляд был устремлен в небо, зато губы непрерывно шевелились от ужаса. А Клаус отчаянно сражался с блюдцами, чтобы защитить Гленну и себя.
Коричневое блюдце вскарабкалось на капот, нацеливаясь на руки Гленны, лежащие на руле. Клаус замахнулся и как бейсбольную биту обрушил на врага металлический инструмент, дугой сверкнувший в воздухе. Хрястнул корпус, сделанный то ли из твердой пластмассы, то ли из керамики. Коричневая тварь упала на пол, все еще тряся конечностями, на это Клаус взглянул лишь мельком, пнув ее на стремительно проносящуюся мимо землю.
Еще один враг выскочил откуда-то прямо на приборную доску. Клаус врезал по нему, но промахнулся, потому что тварь уклонилась от ударов. В конце концов Клаусу удалось расколоть ее панцирь, однако тварь зацепилась где-то под рулевой колонкой, вне пределов досягаемости, и мало-помалу подбиралась к пальцам Гленны. Схватив блюдце левой рукой, Клаус ощутил пронзительную боль. Отшвырнув тварь подальше от трактора, он взглянул на руку и обнаружил, что два пальца отсутствуют почти напрочь.
И в тот же миг двигатель трактора заглох, машина беззвучно прокатилась еще немного и остановилась, не дотянув считаных метров до моря и пристани, куда направлялась Гленна. Из-под капота появился еще один враг, сжимая в клешне, смахивающей на керамические кусачки, обрывки электропроводки.
Люди поспешно покинули трактор. Клаус, бережно придерживая изувеченную окровавленную руку, как мог помогал женщинам управиться с Ино. Вместе они чуть ли не волоком пронесли его по причалу и уложили в маленькую открытую лодку — единственное судно, оказавшееся под рукой. Через пару секунд Гленна отдала швартовы, запустила мотор и повела лодку прочь от берега.
Прочь от берега, но не в открытое море. От синего неспокойного океана их отделял барьерный риф-дамба — одна из природных особенностей, сделавших это побережье предпочтительным для размещения биостанции. Риф, почти по всей длине естественное образование из песка и камней, нанесенных прибоем и течениями, тянулся от горизонта до горизонта, насколько хватал глаз. А протянувшиеся от берега к рифу искусственные стены или низкие дамбы из сплавленных камней разделяли образовавшийся водоем на отдельные пруды различных размеров.