– Ты знал.
– Нет. В последние дни все завертелось со страшной скоростью. Мой сменщик освободился раньше, чем предполагал. Когда он сообщил, ты была в Москве. Я решил, что ты уже легла спать, и не стал тревожить, а сегодня утром был в таком восторге от твоей великой новости, что и думать забыл о работе.
Лола взялась за ручку чемодана. Сегодня утром… Вчера… Франк отобрал у нее багаж.
– Мне придется на несколько дней урезать отпуск, но ты ведь будешь в Олероне, с Наташей и остальными. Я…
Она подняла глаза, и Франк заткнулся. Нет, повторил, как попугай:
– Это мой шанс. А ты беременна. Идеально точное планирование! О лучшем я и не мечтал.
Лола сделала шаг, другой, Франк положил руку ей на плечо, и вот они уже на стоянке, у ее машины. Она открыла сумочку, достала ключи, протянула их Франку. Он положил чемодан в багажник и сказал, что во второй половине дня они могут нанести виртуальный визит в квартиру.
– Ты уже посмотрел?
– Огромная. Лучшая из возможных.
– А самим выбирать не положено?
Франк пропустил вопрос мимо ушей, и Лола поняла, что муж сделал выбор. Как и она, когда решила позвонить Бертрану, а потом бросилась в его объятия.
– Я хорошо знаю квартал. Он выходит на парк. Увидишь, тебе понравится.
Дорога до дома заняла сорок минут. Все это время Франк объяснял, как ему нравится идея работы за рубежом. Ликующим голосом он описывал преимущества и анализировал неудобства. Сообщил, что специальный человек займется всеми бумагами, порекомендует самого опытного гинеколога и лучшую клинику для…
– …нашего ребенка. Ты очень вовремя забеременела.
Лола вспомнила Москву, облака, заглядывавшие в окно, и закрыла глаза. Ну и хорошо. Хорошо, что я жду ребенка, ведь… Что? Она, как наяву, услышала голос Бертрана: «А ты?» Я не ответила, потому что не могла думать о себе. Бросила бы я Франка, окажись тест отрицательным? В тот момент у меня не было сил задуматься об этом, Бертран.
Франк взял ее за руку, пообещал как можно чаще приезжать в Олерон.
– Будет возможность…
– Какая?
– Я думал, ты заснула.
– Нет. Но очень устала.
– Мы почти приехали.
Она вышла из машины, заметила автомобиль Франка и спросила, как он добирался до Руасси.
– Конечно на такси, дорогая! Денег нам, слава богу, хватает.
Он взял ее на руки и перенес через порог, как новобрачную. Они занимались любовью в гостиной, на диване цвета маренго. Небо прошивали десятки пассажирских самолетов. Куда они летят? Что я за женщина?
– Хочешь, пообедаем в ресторане?
– Вообще-то нет.
– Тогда я сделаю омлет с сыром. Будешь?
– Давай…
Франк поправил подушки и посмотрел Лоле в глаза:
– Спасибо.
4
– Здравствуй, мама.
Жеральдина сразу поняла, что у дочери важные новости.
– Ребенок?
– Да. Я сделала тест. Вчера. В Москве.
– Поздравляю, милая! Я счастлива за вас! – воскликнула мадам Баратье, подумав, заметила ли Лола крошечную заминку после первой фразы. – Почему ты раньше не позвонила? Плохо себя чувствуешь?
– Нет, просто устала, и тошнит от всего.
– Сильно?
– Я…
Лола вздохнула, подошла к стоявшему у окна диванчику, устроилась поудобнее, посмотрела на свежеподстриженную лужайку и начала рассказывать. Жеральдина слушала не перебивая, потом спросила:
– Когда вы переезжаете?
– Очень скоро.
Мадам Баратье пристукнула кулаком по светлому дубовому буфету. Она, конечно, знала о грядущем назначении и связанных с ним последствиях. Мать Лолы искренне надеялась, что немцы окажутся придирчивыми и не сговорятся с зятем. Если старшая дочь поселится во Франкфурте, жизнь изменится. Эльза никогда не ездит ни на автобусе, ни на поезде, в машине может выдержать от силы двадцать километров, а если она перестает узнавать дорогу, отстегивает ремень безопасности и впадает в неконтролируемую панику. Один раз и вовсе убежала, и догнать дочь Жеральдина не смогла. Фобия очень стойкая, тут ничего не поделаешь.
Женщина обводила указательным пальцем с обломанным ногтем жилки на светлом дереве, а Лола объясняла, что контракт на три года с пролонгацией, что на время беременности она бросит летать, тем более что они решили не тянуть со вторым малышом.
– Ну, тогда все и правда удачно, – ровным голосом согласилась Жеральдина.
– Да.
– Ты счастлива? Я хотела сказать: счастлива, что ждешь ребенка?
– Да.
– Видишь, ты зря тревожилась.
Лола промолчала. Мадам Баратье вздохнула, прислонилась спиной к буфету.
– Я рада за вас, но злюсь на Франка за то, что увозит тебя от нас. Я никогда не увижу внука. Или внучку.