Жеральдина вздохнула и перевела взгляд на балконную дверь, Лола задумалась, не относится ли упрек к ней самой.
– Старая злюка умело направляет твоего мужа куда хочет, а он как полный идиот доставляет ей это удовольствие.
– Ты говоришь так только потому, что это меняет все твое расписание!
– Не могу поверить, что ты это сказала! – обиделась Жеральдина.
– Я тоже, мама, я тоже… – Лола отвернулась к телевизору.
Далеко от Безансона Папа Римский читал проповедь миллионам верующих с экрана телевизора. Его слова переводились на миллион языков. Погода была отвратительная.
Жеральдина встала перед дочерью, загородив понтифика.
– Ты права. Возможно, Франк единственный, кто не лицемерит, но я бы предпочла провести этот день мирно. Поэтому сделай милость, не собачься со мной и не злись!
Жеральдина ушла, а Лола осталась в гостиной. Она бы не возражала против легкого недомогания, чтобы не видеть всего этого цирка! Главный католик мира уступил место Микки-Маусу. Ленни и Мария бросили игрушку и со спринтерской скоростью поползли к телевизору, поднялись на ножки, держась друг за друга, и тут же плюхнулись на пол. Засмеялись. Появилась Эльза и включилась в детское веселье. Она хохотала, пела, передразнивала племянников.
– Она живет в их мире, – заметила Мари-Анж, а Лола опустилась на колени и спряталась во вселенной Эльзы.
22
Клод и Франк Миланы вернулись, когда таймер на плите звонком возвестил о готовности птицы.
– Пахнет восхитительно! – хором крикнули отец и сын, ворвавшись на кухню в куртках и почти радостном настроении. Они проголодались и хотят пить! Мадам Милан-старшую оставили на ночь в больнице, под наблюдением.
– Нам следует волноваться? – спросила Мари-Анж.
– Не настолько, чтобы проигнорировать этого роскошного гуся!
– А салат-салат (определение Эльзы) есть не будем? – удивилась Жеральдина.
– Давайте по-немецки, «с основным блюдом», – предложила Лола.
– Схожу за пирожковыми тарелочками.
Лола не торопясь влезла на табурет, достала посуду, спустилась, прошла мимо балконной двери, полюбовалась танцем самолетов в рождественском небе, вспомнила, как смеются пассажиры, распивая шампанское… Счастливого Рождества, любимый… Она вернулась в столовую, где сотрапезники восхищались золотистой корочкой гуся. Клод Милан ущипнул жену за руку:
– Загорелая птичка! Совсем как ты после солярия.
Франк «не заметил» шутки – был занят «расчленением» гуся. Теща передавала ему тарелки, и он раскладывал еду, поливая ее соусом. Себе он взял крылышки и ел их без ножа и вилки, «как варвар». Дети, конечно же, последовали примеру папочки. Эльза принялась напевать, но никому и в голову не пришло сделать ей замечание: девушка не сфальшивила ни единой нотой. Мари-Анж все повторяла, что гусь божественно хорош, и Жеральдина улыбнулась.
– Грибы в начинке, и коньяк… Потрясающе!
– Они придают особый вкус, – соглашалась «кухарка».
– На будущий год, когда будем праздновать у нас в Безансоне, я в точности повторю ваш рецепт, а вы оцените, как получилось.
– Мы вряд ли сможем при…
Жеральдина замолчала, а Эльза воскликнула:
– Божественный ребенок родился! Пойте, гобои! Трубите, трубы! Он родился! Воспоемте все вместе Его пришествие! Что такое пришествие?
– Так в Библии называют появление на свет Иисуса, – объяснила девушке мать.
– В Библии Мегеры! – радостно подхватила Эльза.
Возникла короткая пауза. Жеральдина подумала, что ее младшая дочь забудет это объяснение даже не через год – через шесть месяцев. Эльза не все понимает – иногда совсем ничего не понимает! – но все слышит и придумывает безупречные рифмы. На душе стало благостно, она не слышала, как смеются вокруг нее люди, и не спускала глаз со своей темноволосой дочери, а та жевала и напевала. Жеральдина перехватила взгляд Мари-Анж и улыбнулась ей. Это не было пониманием – всего лишь сочувствием, остальные ничего не заметили, и дамы продолжили ужин со всем возможным изяществом. Гусь действительно удался – Франк и Клод делали уже третий подход.
Ни у кого не хватило сил на прогулку по холодку между сыром и десертом. Ленни заполз под елку и вытащил два пакета, забытые во время утреннего «инцидента». Мари-Анж наконец заметила кулон Лолы. «Роскошное украшение!» Роскошное. Роскошное.
– Велосипед, который подарила мне Лола, тоже класса люкс, – сообщил Франк. – Поможет растрясти вес после такого застолья. Нет, папа, я не связываю профессиональную успешность с размером брюха. К счастью, столовая на работе оставляет желать лучшего.