— Нет, за это я благодарна тебе. Спасибо, что смиловался.
— Ясно. Ты меня даже слушать не станешь, да?
— Да, — честно отвечаю.
— Видимо, в вашей семье только Лиза понимает абсурдность всех этих мероприятий, — бросает он. Еще и злится. Совсем взбесился?
— Ее зовут Лида, — тихо вздыхаю.
— Хорошо, я запомнил, — уже спокойно отвечает и тянет меня за руку к скамейке. — Ладно, ок. Почему ты говоришь, что нам нельзя общаться? Разве ваш бог против, типа, возлюби ближнего, помоги ближнему, и все в этом роде?
— Он один для всех, — тихо поправляю. И да, он прав, так и есть, но отец Сергий объясняет все подробнее, а не так обобщенно. — А возлюбить нужно не каждого ближнего, а того, кто станет мужем. Это тот, кого выберет наш родной отец и одобрит отец Сергий.
— Ты сейчас на полном серьезе? — трет лицо ладонями, облокотившись на свои колени. — Охуеть. А если ты полюбишь другого?
— Нет. Это исключено. Мне нельзя, — отвечаю, а у самой почему-то наворачиваются слезы на глазах. Зачем он так давит на меня? Почему все вокруг вдруг заговорили об этом? И Лида, и Ника, и даже этот туда же.
— Есь, — снова берет меня за руку. И я понимаю, что мне не хочется отнимать ее. Мне приятны эти прикосновения. И запах его нравится, и то, как он выглядит. Даже сейчас, с разбитой губой. — Знаешь, чего ты боишься?
Молча смотрю на него. Разве он вообще может что-то знать обо мне? То, что у меня внутри, если я сейчас и сама запуталась в себе?
— Не родителей. Не этого вашего отца Сергия, ебнутого. Ты боишься увидеть мир настоящим, Есь. И боишься, что он тебе понравится, а ты к нему не готова, тебя к нему не готовили. А твоя сестра просто смелее тебя, и вовремя чухнула, что это полный зашквар. Вот и бунтует.
— Я не знаю, — срываюсь на тихий плач. — Я иногда думаю об этом. Но испугавшись, гоню эти мысли.
Если бы это говорил только Рома, я бы даже слушать его не стала. Но Лида, она моя родная сестра! Она никогда бы не пожелала мне плохого. Тогда почему они говорят одно и тоже?
— Не надо. Не плачь только. Просто… Блин, Есь, хочешь я просто покажу тебе жизнь? В ней нет ничего плохого и страшного. Ты сама убедишься.
— Ты вчера в клубе уже показал, — всхлипнув, отвечаю с какой-то обидой.
— Нет, это не то. Это уже другая сторона жизни, более темная. Туда я тебя не поведу, обещаю. Есь, дай мне шанс.
— Мне правда страшно. И родители, они не позволят.
— Мы пока ничего им не скажем. Будет твоим шансом отступить, если не понравится. У тебя есть выбор. Я ничего не сделаю, просто ты будешь знать и сможешь сама решить.
Рома осторожно, за плечо, притягивает меня к себе, заслоняя от порыва ветра. Если он такой плохой, тогда почему я чувствую от него такую заботу, теплоту? Мне кажется, что он настоящий, мне почему-то рядом с ним комфортно, несмотря на то, что он бывает агрессивным, как тогда, в клубе.
— Наконец-то, поговорили? А то уже кофе скоро остынет, — бурча, подходит Лида и протягивает нам стаканчики с кофе.
— Держи, согреешься, а то дрожишь вся, — берет он кофе у Лиды и протягивает мне.
— Спасибо, — принимаю и обхватываю холодными пальцами теплый стаканчик.
— Ром, отвезешь нас, а то мы уже не успеем домой пешком.
— Конечно, Лид, не переживай, — кивает он.
Сижу на переднем пассажирском сиденье. Лида устроилась на заднем и смотрит в окно. Рома периодически сжимает мою руку. А на светофорах поворачивается и разглядывает меня, улыбается одними уголками губ. Сейчас я чувствую, что все меняется. Мой мир уже не будет прежним. А все потому, что в него ворвался он. Сбил меня с пути.
И на минуты я задумываюсь о том, что вчера просила бога смиловаться. И почему-то в этот момент появился Рома. Может, он действительно не истинное воплощение зла, как я думала? А вдруг он и правда послан мне помочь? Ведь Лида тоже не желает мне зла, она моя сестра. И она на его стороне. А еще меня заставила задуматься об этом та книга, которую я читала. Там люди тоже заблуждались в своих убеждениях. А что если я действительно просто попробую посмотреть на жизнь другими глазами? Никто же не может заставить меня пересмотреть свои взгляды. Просто у меня будет выбор, как говорит Рома. И в случае чего, я сама смогу помочь сестре, если пойму, что она заблуждается.