— Ты? — вскидываю на Артура удивленный взгляд.
Даже не представляю… Он, упакованный в свои дорогие шмотки, будет разгребать завалы на складе? Смеюсь. Понятное дело, что это шутка. Хотя юмор, конечно, специфический.
— Маникюр не боишься испортить?
— Если ты не знала, то в самом начале я был здесь «всем». И грузчиком, и продавцом, и директором. И даже уборщиком, — добавляет для весомости.
Не буду скрывать — удивлена. Но…
— Сколько лет прошло с тех пор? — задаю вопрос в лоб.
— Это неважно. Главное, что это было! Меня смущает другой момент… Зачем это ТЕБЕ?
— Ну, со мной всё гораздо проще… Деньги! Я же не за просто так собралась это делать. И даже не за «спасибо». У всего есть цена, — озвучиваю сумму, которую хочу получить за дополнительную работу.
— Запросы у тебя, конечно… — делает замечание Козырев.
— Это только моё дело, какие у меня запросы и куда я трачу свои деньги, — огрызаюсь.
Если бы я рассказала ему про Алиску, он бы поверил? Скорее всего, нет. Я же сука… Я не могу помогать кому-то… Да еще и просто по доброте душевной.
Черт… Не понимаю совершенно, откуда вдруг вообще взялась мысль об этом? С какой это радости мне захотелось пожаловаться Артуру на жизнь? Даже близким не жалуюсь.
— Хорошо. Будет тебе премия. Когда остаемся?
— Когда захочешь, — отвечаю, вспоминая планы на ближайшие дни. Вроде ничего срочного или важного нет. Встречи с друзьями можно перенести на следующую неделю. А к Алиске просто позже, чем обычно, заеду.
— Давай сегодня, — предлагает Артур. — Не вижу смысла откладывать это на какой-то другой день.
— Сегодня, так сегодня, — соглашаюсь.
— Я тогда поужинать нам что-нибудь закажу, чтобы силы были. Ты что предпочитаешь?
— Английский пирог с мраморной говядиной.
— А попроще что-то? — с улыбкой реагирует Артур на мой «дорогой» запрос.
— Пиццу? — предлагаю уже более серьезно. Не особо люблю её, но в качестве перекуса сойдет.
— Нет, — кривится. — Тогда уж лучше суши.
— Давай суши, — к ним я тоже более лояльно отношусь. Многое, конечно, зависит от заведения, где они были приготовлены.
Суши, которые привозят нам, когда офис уже опустел, очень даже вкусные. Уплетаю их за обе щеки, изредка поглядывая на Артура. Он снял свой пиджак, расстегнул на рубашке пару верхних пуговиц и выглядит уже вполне даже сносно, не то, что сноб, который обычно рисуется на его лице по утрам. То ли он частенько не высыпается, то ли других утренних масок не имеет в арсенале.
— Домой еще никого не притащила? — спрашивает вдруг.
Едва не давлюсь. Что он имеет в виду?
— Ты про кого?
— Про зверей, людей…
— Нет. Не притащила. А нужно?
— Всякое бывает… — хитро смотрит на меня. — Сегодня возле склада опять заметил какие-то тарелки. Кого на этот раз подкармливаешь?
— Грузчиков. Говорят, ты зарплату им маленькую платишь, — не тушуюсь я.
Артур громко смеется. Даже голову назад чуть запрокидывает.
— Так, может, с тобой и живут?
— Если бы у меня была собственная квартира, может, и жили бы. А в твою — совесть не позволяет привести.
— Ты даже о совести что-то слышала, — поддевает меня Козырев.
— Ха-ха… Очень смешно, — кривляю его, затем показываю язык.
Артур снова смеется. Надо же… Он, оказывается, умеет веселиться и без своей Анны. Я думала, только она умеет его расслаблять.
При мысли о расслаблении мой взгляд неожиданно даже для меня самой скользит с лица Артура ниже: на его шею… на грудь, часть которой виднеется из-под расстегнутой рубашки… затем перепрыгивает на руки, рукава на которых закатаны до локтя.
— Саш… — зовет меня Козырев.
— Что? — переспрашиваю, моргая.
Что за наваждение?.. Моргаю сильнее, чтобы сбросить с себя странное оцепенение.
— Соуса тебе подлить еще?
— Нет. Спасибо, я уже наелась, — вспрыгиваю со своего места, словно ужаленная. — Жду тебя на складе.
Глава 15
Артур
— Мелочь, отойди, — пытаясь отодвинуть Сашу от большой коробки, которую она хочет сдвинуть с места, нечаянно прохожусь ладонью по округлым ягодицам, обтянутым джинсами, словно второй кожей.
— Эй… — девушка резко разгибается и смотрит на меня с явной претензией.
— Бессонова, я нечаянно, — хмыкаю. Хотя стоит признаться хотя бы самому себе: за эти пару часов, что мы находимся вместе с Сашей на складе, её аккуратная попка уже не раз привлекала моё внимание.
— За нечаянно бьют отчаянно, — фыркает, вновь сосредотачиваясь на коробке. — Знаешь такое?
— Слышал, — киваю, не понимая сегодняшнего поведения девушки. Раньше она бы обязательно пошутила на тему того, что я к ней якобы пристаю. Еще бы и приукрасить попыталась. Глазки построила бы, намекая на что-нибудь пошлое. Что сейчас не так? Что вдруг изменилось?
— Пялишься теперь тоже нечаянно? — Саша грозно упирает руки в бока.
Черт… Сам не заметил, как взгляд застыл на ней.
Ничего не отвечая, начинаю передвигать коробки. Спину уже ломит. То ли с непривычки, то ли возраст дает о себе знать. Как-никак тридцать семь маячит на горизонте.
— О-о-о… Я больше не могу, — со стоном признается Бессонова, когда остается пересчитать всего ничего.
— Отдохни. Я сам.
— Скажи, что ты не устал… — подначивает Саша, усаживаясь на табурет и массируя себе поясницу.
— Устал, — не вижу смысла скрывать очевидное. — Но не оставлять же это на завтра.
— Это точно, — посидев несколько минут, Бессонова вновь присоединяется ко мне.
Стоим совсем рядом. Ощущаю исходящий от неё легкий цветочный аромат. Неосознанно втягиваю воздух сильнее. Раньше никогда не замечал, как приятно от неё пахнет.
— Что застыл? — смотрит Саша на меня с непониманием.
Кроме того, замечаю в её взгляде нечто наподобие смущения. Определенно странно она себя сегодня ведет. В принципе, как и я сам, — понимаю вдруг. Словно впервые увидел в Бессоновой не дьяволенка, а хрупкую девушку.
— Всё! — Бессонова пинает ногой последнюю коробку и потягивается всем телом.
Черт… Я снова ловлю себя на том, что рассматриваю её стройное тело. Быстро отвожу взгляд в сторону. Не нужно, чтобы Саша вновь заметила мой непонятно откуда взявшийся интерес.
Возвращаемся в офис, чтобы забрать вещи.
— Я тебя отвезу, — говорю, когда девушка прощается.
— Не нужно, — произносит уверенно. — До завтра, Козырев. Хочу, кстати, завтра же получить свою премию.
— У тебя какие-то проблемы? — в который раз пытаюсь понять такую острую и постоянную нужду в финансах.
— Ничего из того, что нельзя было бы решить, — с легкостью произносит она.
Уважаю подобную позицию. И сам никогда не жаловался кому-то на возникающие трудности. Однако девушки… Они ведь обычно любят, когда кто-то берет на себя все их проблемы.
Бессонова уходит. Я же через несколько минут, словно меня кто-то притягивает, подхожу к окну и смотрю вниз. Очень вовремя. Прищурившись, пытаюсь рассмотреть парня, который только что вышел из подъехавшей машины и, чмокнув Сашу в щеку, открывает для неё дверь. Вижу, как девушка улыбается и усаживается на переднее сиденье.
Внутри разливается странный нервяк, когда машина уезжает. Осаждаю себя. С чего бы мне волноваться за Бессонову?.. Бред. Оснований для этого никаких нет.
Однако мысли о сестре друга не покидают даже тогда, когда приезжаю к Ане. До сих пор не могу назвать эту квартиру своим домом.
— Всё нормально? — Аня ставит передо мной тарелку с горячим ужином.
— Да, у меня всё хорошо. Как твой день прошел?
Кухню заполняет взволнованный голос. Но рассказ о новом проекте, в котором будет участвовать Аня, почему-то всё равно не может помочь забыть о последних часах на работе, проведенных с Бессоновой.
Интересно, с кем она уехала? Парень?..