Моему взору предстала великолепная картина, словами трудно описуемая. Когда Аспид сказал «генеральная уборка» я подумала о мытьё плов, окон, мебели. Я понимала, что будет пыль, грязь и затхлость. Но к такому я была не готова. Окно было разбито, от чего ветер свободно бродил по пространству; это заставило меня зябко поёжиться. Или же зябко ёжиться меня заставил тот факт, что в помещении я была не одна. Десятка два мертвых голубей разной степени разложения буквально усеивали комнату, помет, пух и перья были повсюду. На кровать было страшно смотреть, там птицы устроили гнездовье, полностью испортив матрац. Сладкий запах заполнял пространство, даже ветер не мог его выгнать. Мне натурально стало дурно, тошнота подкатила к горлу и только чудо и монастырская выдержка помогли мне сдержаться и не добавить беспорядка.
Возблагодарив (читай — проклянув) Аспида за такой душевный уголок я вышла из комнаты и присела к стенке, изображая из себя памятник великому мыслителю. Как убрать это всё и не потерять ни рассудка, ни гордости - вопрос.
От раздумий отвлёк звук шагов, кто то поднимался ко мне в башню, уж не господин Лесский ли пришёл поиздеваться?... Нет, оказалось, не он.
На лестнице появился высокий парень с волосами цвета каштанов, нежно карими глазами , переливающимися оттенками мёда с вертикальными зрачками и шрамом, пересекавшим уголок губ. Этот шрам создавал впечатление, что юноша постоянно ухмыляется. Он смотрел на меня с любопытством, а я ждала его объяснений.
— Приветствую, меня зовут Дакарий, я некромант, первый курс, — вежливо представился этот прекрасный дракон.
— Люцифер Эйверийская, некромант, телепат, стихийник, неудачница, — я сделала характерный жест «дай пять», но убрала руку раньше, чем Дакарий успел по ней ударить, — Какими судьбами?
— Не поверишь, решил познакомиться с единственной одногруппницей по профилирующему предмету, — он улыбнулся и протянул мне руку, то ли для пожатия, то ли что бы помочь мне встать. Я с интересом вложила свою ладонь в его, гадая что же он предпримет. Маг сперва крепко сжал её, затем потянул на себя, поднимая, и после всего этого галантно поцеловал кончики моих пальцев. Не угадала ни разу. Дакарис производил приятное впечатление умного, хитрого и очень обаятельного мужчины, — Отчего грустишь?
— Как же тут не грустить? — в тон отвечаю я, слегка улыбаясь, — Из училища забрали, в некроманты определили, сюда вот поселили…
— Башня Пифий — одно из самых легендарных мест университета, между прочим, — с некоторой укоризной сказал драк.
— Славно, но для жизни оно не пригодно абсолютно.
Я не сомневалась, что вид из башни будет просто восхитительным, но что бы добраться до него придётся пройтись мимо всего этого ужаса, а я пока что к этому морально не готова. Но, если я хочу сегодня поспать — придётся со скоростью ведьмовской метлы убирать этот, простите, срач.
— Я не знал, что ты у нас принцесса...
Тон Дакариса был ироничный, но я все равно вздрогнула. В голове за долю секунды пронёсся злополучный вечер, слова клятвы, блокировка. Какая то часть внутри меня словно оттаяла и я с немалым удивлением поняла: заклятие дрогнуло.
— Твою ж драконью прародитель! — из оцепенения вывел голос парня, донесшийся из моей комнаты.
— А ты у нас тоже принцесса оказывается, — сочла нужным поиздеваться и вернула шутку, — Как вот тут жить, а?
— Могу обрадовать: это не спальня, это комната служки. Спальня находится выше и, надеюсь, не разрушена.
— Что бы попасть в хозяйскую спальню — нужно пройти через комнату слуги? Странно…
— Ничего странного, рабство совсем недавно отменили, а заботится о личной жизни раба — кому это нужно? И, я полагаю, тут есть чёрный ход, — дракон показательно постучал по стене рядом с развалинами шкафа, раздался гулкий звук: пустота, я хмыкнула.
— Откуда ты столько знаешь о замке, о прошлом, обо всем вообще...
— Я дракон с врожденным даром смерти, меня интуитивно ненавидели все вокруг. Я нашёл утешение в книгах, языках и путешествиях. Когда дар проявил себя, я долгое время подыскивал себе учебное заведение, разбирая каждое по камушку. И вот, терра нова, я тут. Поверь, я не подкидыш драконьего предводителя, вашей короне ничего не угрожает. Понимаю, ты в праве…
— Стой! — слушать про своё право бояться чужака не хотелось, — Меньшее о чем я беспокоюсь — это благосостояние Георгана. И я больше чем уверена, что Атерикс не стал бы проделывать такие мелкие махинации, как подсадная утка в Магическом универе.