***
— Да не переживай ты так, всё будет хорошо, — успокаивала я взрослого самодостаточного мужчину, который никак не мог пережить мой переезд в башню Пифий, — Никто меня не съест, а если и съест то подавится и выплюнет.
Башню полностью переделали, обновили всё от полов и окон до мебели и светильников. В итоге я получила в своё полное распоряжение просторные двухъярусные апартаменты со стильным дизайном, выполненным в чёрно-серых тонах. По сравнению с ними, покои Аспида казались маленькими и аскетичными.
— Саталь, как тебе? — мой фамильяр поддержал решение о переезде каждой своей шерстинкой. После случившегося на посвящении он возненавидел Аспида всей своей бесовьей душой и прощать собирался только посмертно.
— Потрясно! — бес вздыбил шерсть от радостного возбуждения и перестал носиться по новому жилищу. Сверкнув глазами он посмотрел на конвоировавшего нас сюда мужчину: — Надеюсь, мы больше не увидимся.
— Саталь! — я укоризненно цокнула языком, но больше ничего говорить не стала: бес был слишком принципиальным, а некромант чересчур вспыльчивым и разнимать их снова мне не хотелось.
— Что? Я хотел сказать “буду рад встрече на твоих похоронах”, но проявил великодушие, — всё таки он сказал, что хотел и был собой очень доволен, — Нам уже пора идти.
— То есть его ты берешь, а меня нет? — настроение у него за все эти дни лучше не стало: злой и хмурый.
— Его беру, — выпроводив некроманта из своей теперь уже башни и взяв фамильяра на ручки я прислонила ладонь к двери, магически запечатывая от чужих. Очень удобная функция — никаких тебе ключей с собой таскать не надо, плюс даже если одну руку отрубят, то всегда есть вторая.
— Зайдешь ко мне как вернёшься? — внезапно его голос прозвучал очень мягко и даже… умоляюще? Я опешила от такой его стороны, но быстро сообразила, что это внутренний зверь его ломает. Драконы пустоши отличаются от обычных драков, они больше полагаются на первобытные инстинкты и часто дают волю второй ипостаси и звериному разуму.
— Обязательно, — у меня не было причин отказывать ему в этой маленькой просьбе.
На том и разошлись. С Саталем у нас возникли доверительные отношения так сказать с первого укуса. Я посвящала его во все свои проблемы, идеи и просто рандомные мысли. Не только потому что мы крепко подружились, но и потому что я прочитала многое о фамильярах и одной из самых приятных вещей было то, что магические помощники не могли навредить своему хозяину, ослушаться прямого приказа или разболтать секрет. Поэтому бес в деталях знал наши сегодняшние планы.
Мы договорились встретиться в той же таверне, где увиделись впервые и только после плотного обеда и хорошего мозгового штурма отправиться на дело. В едальне было малолюдно и компания из четверых мужчин сразу бросалась в глаза.
— Двигаться надо, — Шох начал наводить шороху не успела я даже присесть, — Времена смутные наступают, можем не успеть.
— Угомонись, — Луи вальяжно протянул руку и легонько треснул того по голове, — Сегодня мы идём на разведку.
Информатор дал наводку, что мол в одном из модных столичных развлекательных домов обретается весьма близкий к королю человек. Кто он — неизвестно, ни пола, ни расы, ни рода занятия мы не знаем. Но пока что это единственная зацепка к которой мы можем попробовать подобраться. Закорешиться с завсегдатаем ночного заведения звучит проще, чем познакомиться с монаршим советником. Поэтому сегодня мы шли прямиком в “Горящее солнце” в надежде выцепить этого прощелыгу.
— В вашем плане есть одно небольшое упущение, — Сталька лениво поедал заказанную ему отбивную и иронично щурился, глядя на довольного своим планом Отиса.
— Какое?
— Вы, — бес обличительно ткнул косточкой в нашу компанию, — Кто вас в такое заведение пустит, особенно в самое престижное в городе? Тебя что ли гнома нищего с бородкой куцей там ждут? Или великовозрастного полудрака в обносках? Шансы есть только у Луи, ибо он… ну… своеобразный, и у Люци ибо она молодая да магичка. И то, один на миллион.
— Попробовать стоит, — я уже думала об этом и не пришла к какому-то определенному выводу, шансы пополам: нас либо пустят, либо нет, — Только нужно приодеться.
Одежда парней оставляла желать лучшего: потрепанная, грубая и исключительно практичная. Только на Луи было что-то чуть более вразумительное, и то — подделка под модный дом. В высших кругах носить поддельные вещи было строжайшим табу.