Чарли Ви
Бес
Глава 1. Садись, подвезу
— Нам никто не требуется, — громко чеканит девушка-менеджер, высокомерно окидывая меня взглядом.
Упрашивать нет смысла. Нет, так нет.
Разворачиваюсь и иду по улице. А в довершении всего с неба начинает накрапывать дождь.
Вы когда-нибудь замечали, если в жизни происходит какая-то жопа, то она магнитом цепляет ещё и все неприятности мира, которые без остановки сыплются на голову.
Нет?
А вот я постоянно замечаю это. И всё жду и жду, когда же случится та самая белая полоса в моей жизни. Но, видимо, я не там свернула и вместо того, чтобы шагать по зебре, встала на черную полосу и иду вдоль неё. Иначе как ещё объяснить все мои неудачи?
Хмуро смотрю на серую улицу, мокрый асфальт. Холодные капли закатываются за воротник джинсовки. Неприветливый, угрюмый город, а ведь я с детства мечтала жить здесь. Но Омск встретил меня неприветливо, словно пытался сломать меня, чтобы я вернулась опять в свою деревню к вечно пьяному отцу и сестре. Наша мама умерла, когда мне исполнилось девять, оставив после себя моя новорожденную сестру. А отец… Отец не справился.
Да, он пытался быть хорошим отцом, но… но… У меня нет причин для его оправдания. Я не знаю почему он перестал заботиться о нас. Просто в нашей квартире стали всё чаще появляться его друзья, с которыми он гужбанил целый день. Перестал ходить на работу, скатился. Детские пособия пропивал за неделю, а потом просил милостыню.
Не самая радужная жизнь. Согласна.
Но сейчас, глядя на мрачных прихожих, облезлые намокшие дома, я тоскую по нашему двору. И небольшому лесочку, где мы прятались с Викой, когда буянил отец. Там всё было привычно, а здесь.
Окидываю взглядом улицу, прикидывая куда податься. Денег у меня нет, ночевать негде.
Я самый настоящий бомж.
И от этих мыслей внутри всё скручивает, а может, от того что я ещё ничего не ела.
Дохожу до перекрестка по улице Мира и Химиков, чтобы перейти на сторону кинотеатра Кристалл, но тут даже светофор против меня: вместо положенных трех цветов сменяющих друг друга, он светит зеленым во все стороны.
Ёжусь от холода, пока хоть немного подсоберется толпа, чтобы с ней рвануть через дорогу. Волосы уже намокли, в кроссовках хлюпает.
Перехожу улицу наконец и останавливаюсь, под навесом кафе.
Мне некуда идти. Только, если опять на автовокзал. Там хотя бы тепло и на диванчике можно поспать.
Неожиданно рядом со мной останавливается чёрный ауди.
— Прыгай в машину. Подвезу. Тебе куда? — доносится приятный мужской голос из машины.
Я нервно смотрю по сторонам, уже стемнело. Мне ужасно хочется спать, денег на маршрутку нет, да они уже и не ходят в это время, но страх сесть к незнакомцу в машину останавливает меня. А вдруг маньяк?
Мужчина, словно прочитав мои мысли, добавляет:
— Запрыгивай скорее, а то трясешься уже вся от холода. Бесплатно отвезу.
"Бесплатный сыр только в мышеловке," — думаю я, продолжая медлить.
— Вот дурёха! — на губах незнакомца появляется улыбка. — Неужели провести ночь на улице не так страшно, чем сесть ко мне в машину?
— С чего вы взяли, что я проведу ночь на улице? Я может мужа жду.
— Ну-ну, охотно бы поверил, если бы не видел, как ты уже час гуляешь по улице от одной кафешки к другой.
— А вы что за мной следили?
"Вот зараза. Точно маньяк, раз уже час наблюдает".
Мужчина выходит из машины, расправляет широкие плечи, а я бессовестно разглядываю его, открыв рот: высокий, статный, он совсем не вписывается в серые оттенки сырой улицы. Уверенной походкой подходит ко мне и протягивает руку.
— Константин Алексеев.
Я не могу отвести от него взгляд, продолжая изучать светлые волосы, смуглую кожу и зеленые глаза. Его внешность настолько гармонична будто кто-то специально собрал его в конструкторе компьютерной игры.
"Красивый," — думаю я и машинально жму его огромную ладонь.
— Аня.
— Просто Аня?
— Анна Демьянова, — рапортую ему четко, будто в армии на построении.
— Очень приятно!
Он держит мою руку в своих горячих ладонях и я чувствую, как околели мои пальцы. Вроде лето и днем стояла жара, но надутые серые тучи к вечеру разродились холодным дождём.
— Можешь позвонить родным и сказать, что ты села в машину с Константином Алексеевым, продиктуй номер машины, если тебе будет спокойнее. Только не глупи и не отказывайся, простынешь ещё.
Он снова улыбается, а мне ужасно хочется поверить ему, не подозревая ни в чём. Может, жива ещё в этом мире человеческая доброта и сопереживание.