Аня делает глоток, но, глядя на нас, как мы осушаем бокал, продолжает тоже пить до конца.
— С днюхой, Ань! — подхватывает Наташа и лезет обниматься к Ане.
И мне её потискать хочется безумно, но нельзя.
Надо держаться от неё на расстоянии.
Глава 12. Анина днюха (продолжение)
Музыка долбит басами, а я опрокидываю, уже не помню какой шот в себя. И снова ищу глазами Аню.
Она отрывается по полной. Танцует в толпе, извивается как змея, ещё и зелёное платье добавляет сходства. Отворачиваюсь, чтобы не смотреть: и так член колом стоит весь вечер. А блондинка, которая танцует передо мной, ягодицами прижимается к паху, думает, что стоит из-за неё. Поворачивается, обвивает шею руками, что-то шепчет, но я ни хера не слышу. Показываю ей на уши. Она тянет за футболку, чтобы мы отошли от колонок.
— Комната наверху свободна, — слышу сквозь шум музыки. — Может, уединимся?
— Давай, — соглашаюсь машинально, но мне и на самом деле нужна разрядка.
Блондинка ведёт меня за руку, позволяю ей руководить.
Проходим мимо танцпола, замечаю, как Аня опять пьёт шампанское, а хомяк рядом стоит. Придурок, не знает, что ли, что ей пить много нельзя. Надо было бокал отобрать.
Это не моё дело, — успокаиваю себя. — У неё есть парень, она сама его выбрала.
— Какое шампанское вкусное. А можно ещё? — слышу Анин голос. Рефлекторно поворачиваю голову и вижу, что она берёт ещё один бокал.
Блядь.
— Сейчас подожди, — говорю блондинке и прусь к Ане. Он же завтра будет жалеть о том, что творила. А творить она умеет в таком состоянии. Я однажды был свидетелем её буйства. Караулил всю ночь, чтобы не сбежала дальше в клуб танцевать.
— Так, дорогуша, на сегодня хватит, — отбираю у неё бокал. — Иди лучше потанцуй.
— Не хочу. Это моя днюха. Хочу отрываться и веселиться.
— Так отрывайся, только пить больше не надо.
— А что случилось? — влезает Ваня.
— Да ни хуя. Ты, блядь, не видишь? Ей пить нельзя. Чё глазами хлопаешь? Следи давай за ней, твоя же девушка.
А за Аней следить ещё как надо. Она уже платье тянет наверх через голову. Оголяет аппетитные ягодицы.
Торможу секунду, ах… уеть, вот это тело. И сейчас его увидят все. Рывком подлетаю к Ане, пытаюсь натянуть платье обратно.
— Аня, ты, что совсем перепила? Ну-ка оденься, — ору на неё.
Ваня же её долбоеб стоит, совершенно опешив, хлопает глазами. Аня сопротивляется.
— Я купаться хочу. Отпусти!
Я уже жалею, что доверил её хомяку. Надо было с самого начала контролировать, сколько она выпила.
— У тебя купальника разве нет с собой?
— Я не помню, где он.
Она приседает и выскальзывает из платья. Едва успеваю её поймать.
— Стой, блядь. Футболку мою надень хотя бы.
— Давай.
Я думал, она без бюстгальтера, но она в нём, только лифчик без бретелек, кажется, ещё немного, и грудь выскочит на всеобщее обозрение. Пиздец какая тугая. Такую бы сжать и не выпускать… И мне совсем не хочется, чтобы её видели все присутствующие. Тяну с себя футболку через голову.
— Ух ты! Мне всегда нравились твои кубики, — Анин язык начинает жить своей жизнью, когда она выпьет. Вот и сейчас неожиданно слышать от неё подобное. Даже не представляю, как она будет завтра всё своему хомяку объяснять.
— Ко мне повернись, руки суй, — командую и надеваю на неё свою белую футболку. Она ей как платьишко, и, слава богу, попу скрывает.
А Аня уже через рукав бюстик свой вытащила и на скамейку бросила, в воду лезет.
Вот как уйти?
Сейчас ещё утонет. Эпичное такое будет день рождения со смертью именинницы.
— Ань, далеко не отплывай, — подхожу к краю бассейна.
Приседаю — и снова оцепенение. Никак привыкнуть не могу, как гадкий утёнок в лебедя превратился. Аня восхитительна, на русалку похожа. А моя белая футболка ни хрена, оказывается, не скрывает. Розовые соски просвечивают сквозь ткань.
Ребята, которые танцевали, следуют Аниному примеру и раздеваются тут же на краю, прыгают в воду.
Вокруг Ани уже круги нарезает один придурок упитый.
— Аня, плыви сюда, — зову её, а голос подозрительно хрипит.
Аня игнорирует, плещется.
— Аня! Иди сюда, сказать что-то хочу.
Ну ё-моё, как с ребёнком приходится говорить.
Зато Аня тут же подплывает. Опирается ладонями о край бассейна. Тянется ко мне, ещё секунда — и коснётся губами.
Я дышать перестаю.
А она хватает меня за ремень на джинсах и тянет за собой.
Что творится в голове у этой девчонки? Выныриваю под общий хохот. Аня, довольная, нарезает круги вокруг меня. А мне вот ни капельки не смешно. Прибью засранку.