Мы заходим в процедурную, и как только я закрываю дверь дергаю ее на себя. Впечатываюсь в ее сладкий рот. Она всхлипывает и с такой же жадностью отвечает. Обхватывает за шею и запрыгивает сама на мои бедра. Двигаю к столу и усаживаю ее. Мы так и не разрываем поцелуя. Никто не уступает друг другу. Толкаюсь языком глубже и рычу от ощущений реальности. Тогда тоже был не сон. Сплетаемся языками и ласкаем друг друга. Прикусываю нижнюю губу и оттягиваю. Одновременно делаем жадный вдох и сталкиваемся взглядами. Она облизывает губы, залипаю. Хочу коснуться их, но не успеваю. Хлесткая пощечина проносится по щеке, оставляя жгучее послевкусие. Голова уворачивается на бок. Прикрываю глаза. Ярость поднимается. Но не на нее...
Медленно поворачиваю голову обратно.
- Это за то, что так долго не приходил! - шепчет она.
- Принято! - выдыхаю я, и обхватив за затылок нежно целую.
13. Мне так плохо без него...
Юлия
- Тут просто супер! - плюхается рядом со мной Ника.
- Согласна. - тихо говорю я.
Я только недавно уложила Максима спать. Уже полночь. Кругом стрекочут кузнечики, всякие жучки. Различные животные и птицы раздают свои звуки по всей округе. На небе тысячи звезд. За городом они такие яркие, будто ближе расположены к земле. Это правда, неописуемая красота. Ветра нет совсем. Тихая ночь.
А вот внутри меня, целая война.
Днями меня спасает Макс и дела. Я безумно соскучилась по своему мальчику. Да и по Алевтине Григорьевне тоже.
А вот ночью меня накрывает. Я не могу этого объяснить. Это и, правда, какое-то сумасшествие.
Я не понимаю, что со мной происходит. Правда. Это сильнее меня. Это словно фантастика какая-то. Я не могу перестать думать о нем. Он мне снится. Если я летаю в облаках, то в мыслях только он один.
И нет мне стыдно, ни капли... И совесть не мучает...
Он, Дамир, стер все границы прошлого, оставив только лучшие моменты. Родителей, рождения Макса и самого Макса, Нику, Алевтину Григорьевну...
Его поцелуй...
Мне хочется застонать в голос каждый раз от воспоминания. Я не могу этого объяснить. Правда, это сильнее меня. Его власть, его аура и я полностью принадлежу ему.
Вчера ночью я проснулась от собственных стонов, чудом не разбудив Макса. Я кончила во сне, сон с пометкой восемнадцать плюс. Это было словно в реальности. Я не смогла потом уснуть. Это было так ярко, так мощно. А какого это быть в его власти в реальности?!
Мамочки...
Мурашки расползаются по всему телу.
Я хочу к нему.
- Юлька?! - громкий крик Ники и хлесткий удар в плечо, вырывают меня из марева.
Опять я...
- Ай! - запоздалая реакция все же есть, и я тру плечо.
Смотрю на нее. Я снова ушла в себя.
- Ты где летаешь? – нападет Ника. – Что с тобой происходит? Мы как уехали из того дома, ты изменилась. Что происходит, Юлька? Я же волнуюсь? – заваливает она меня своими вопросами.
А как мне ей вообще сказать… Если я себе объяснить ничего не могу.
- Я не знаю… - выдыхаю устало. – Если я расскажу тебе, что творится у меня внутри, ты подумаешь, что я спятила. – усмехаюсь я.
Я молчу какое-то время. Ника резко подскакивает.
- Никуда не уходи. Я сейчас! – быстро проговорила она и убежала.
Я лишь посмотрела ей в след и снова шла в себя. Она вернулась через минуту, с тремя бокалами и бутылкой вина. А за ней с нарезкой шла Алевтина Григорьевна.
- Будет девичник! – с улыбкой говорит она.
Ника разливает вино по бокал и протягивает мне. Мы молчим, но я чувствую на себе их внимательные взгляды.
- За нас! - говорит Ника.
В тишине звук бокалов громко разносится по округе. Делаю глоток и опускаю бокал на колени.
- А теперь мы внимательно тебя слушаем! – говорит Ника.
Улыбаюсь. Потому что мысли о нем вихрем закручивают меня.
- Мне кажется, я схожу с ума! - говорю тихо и смотрю в сторону. – Я дышать без него не могу… Я его знать, е знаю, а такое чувство, что всю жизнь знаю…
- Он – это Дамир Басаев? - спрашивает Ника.
Молча, киваю.