Мириан исполнилось восемь лет, когда умерла её мать и она осталась жить с отчимом. Родного отца она никогда не знала, мама говорила что её отец воин барона Стэндара из Диара, но он погиб почти сразу после рождения девочки. Первое время после смерти матери отчим относился к ней вполне нормально, пока у него не появилась новая пассия Лерма. Эта сучка охмурила отчима и решила, что чужой ребенок им не нужен. Выгонять девочку на улицу было глупо, ведь она может просто погибнуть, поэтому она предложила её продать — и деньги получат, и девчонке не дадут умереть. Отчим некоторое время сопротивлялся для вида, но потом всё же сдался и однажды утром Мири отвели на центральную площадь, где Вартар (отчим) отдал её заезжему работорговцу Рамусу за десять серебряных лир. Сколько Мири не умоляла его не делать этого, ничего не помогло. Вартар вроде и не хотел, но стоявшая позади Лерма так на него зыркала, что он не смог воспротивиться её воле. В общем так Мири и оказалась в этом караване. На неё одели рабский ошейник, который без специального амулета снять невозможно, иначе он просто убьет раба, оторвав ему голову. Обратного пути не было. Конечно отчим шепнул девочке перед тем как уйти, что мол выкупит её когда с деньгами проблемы решит, но Мири ему не поверила. Лерма не позволит ему сделать это, да и не сможет он даже найти девочку, не то чтобы выкупить. Мири не один раз видела прежде Римуса и знала, что большинство рабов, купленных им, продавались в Кварне на невольничьем рынке. Во-первых Кварна слишком большой город, чтобы можно было найти какую-то рабыню, во-вторых большинство рабов покупали иноземцы и увозили на материк или на другие острова. Соответственно про тех рабов никто ничего больше не слышал.
Вообще на Хлорте работорговля не сильно приветствовалась, но и не была запрещена. Землевладельцы в основном продавали должников, чтобы вернуть весь или хотя бы часть долга. В городах отлавливали бродяг, за которых некому замолвить слово. Детей продавали редко, но встречались и такие случаи.
Еще вчера Мири надеялась на какое-нибудь спасение. Всякое могло быть — её мог выкупить какой-нибудь благородный воин и освободить, или отчим одумался бы и догнал караван. Но уже сегодня грезы развеялись и с самого утра девочка осознала, что никто её не выкупит, чтобы освободить, а придется ей до конца жизни быть рабыней и делать всё, что прикажут хозяева. В то, что ей повезет с хозяевами, Мири не очень верила. Если продадут её в городе, то попадет к богатому извращенцу и будет мечтать о смерти. Такие мысли заставляли её ёжится и всхлипывать, мечтая чтобы умереть прямо сейчас, но самоубийство она совершить не могла, не хотела чтобы её душа досталась демонам. Ведь всем известно, что самоубийцы отправляются прямиком на Атор, в царство демонов, и после тысячелетиями служат им, пока не истаят.
Девочка находилась в какой-то прострации и практически не реагировала на окружающее, лишь изредка поглядывала по сторонам и отмечала местность, где находился караван. Солнце уже клонилось к горизонту и вскоре должна быть остановка. Сейчас караван проезжал мимо гномьего леса, который в этом месте подходил почти вплотную к тракту. Скоро караван остановится на ночевку, наверное на перекрестке, где этот тракт пересекался с дорогой на Киринейские горы. Справа темнел гномий лес и девочка вздохнула — как было бы хорошо сбежать в этот лес и сгинуть там, а не мучится всю жизнь...
Внезапно со стороны леса послышалось рычание и шелест кустов. Мири открыла глаза и повернула голову — прямо из леса на её телегу неслись несколько бурых волков! Бурые волки, это был ужас хлортских лесов, они были вдвое крупнее и свирепее обычных серых волков. Девочка взвизгнула и отскочила к левой стенке клетки, стараясь оказаться подальше от этих зверей. Вокруг послышались крики, ржание лошадей и свист стрел. Пара волков полетела кувырком, получив по стреле, но из леса выбегали все новые звери. Где-то впереди что-то взорвалось, наверное Рамус применил магический амулет, но это нисколько не остановило волков. Рядом с клеткой Мири пронесся один из верховых воинов, с громким криком рубя зверей огромным мечом. Вдруг телега резко дернулась и девочка взглянула вперед. Возница куда-то подевался и лошади понесли. Повозка набирала скорость, а прямо впереди посреди дороги стоял фургон Римуса. Мири в ужасе закрыла глаза, ожидая столкновения, и вцепилась в клетку. Но лошади отвернули в сторону, уходя от столкновения, и повозку резко наклонило, она проскочила на двух колесах мимо фургона, слегка чиркнув его по тенту. Обезумевшие кони чуть не столкнулись с парой волков, вывалившихся прямо перед ними из леса, и с громким ржанием кинулись снова на дорогу. Повозку резко кинуло в противоположную сторону и в этот раз она не устояла, сперва завалилась набок, потом треснули оглобли и её швырнуло еще дальше. Клетка слетела с креплений и покатилась по инерции дальше к лесу, но по пути ударилась в большой камень и одна стенка разлетелась в щепки. Мири всё это время изо всех сил держалась за решетку и ей повезло, что удар о камень пришелся в другую стенку. В момент удара её оторвало от решетки и вышвырнуло наружу. Девочка прокатилась несколько метров по траве и уткнувшись в небольшой куст, потеряла сознание. А вокруг продолжался бой с бурыми волками. Зверей было очень много и за десяток минут они порвали всех защитников каравана, лошадей и даже хозяина, пытавшегося отбиваться с помощью магии.