У сверха с электрокинезом взрывается голова, как переспелый арбуз. Кровь и мозги летят на сверхов. Больше всех перепадает Волне, так как он близко. Он удивленно таращится на Банши и, кажется, способность крикуньи на него больше не действует. Похоже, парень попросту оглох.
Наконец, у Дарьи заканчивается дыхание и она замолкает.
Я тут же направляю на нее трезубец и поджигаю. Я вкладываю в него всю мощь, чтобы спалить эту крикунью дотла мгновенно. Но в эту саму секунду Волна, чтобы его черти сожрали, обрушивает на Банши ливень.
Жар трезубца с шипением гаснет. Я снова пытаюсь ее поджечь, но огня нет. Приходится приглушить способность и не поджигать, а разогревать Банши изнутри. Но как я ни стараюсь, у меня ничего не выходит. Банши вновь открывает рот. Я спешу отдать контроль Семе.
— Давай! — командую я.
Семен шарашит ногой по полу. Несколько сверхов от ударной волны вылетают в окно. А этаж здесь, на минуточку, двадцать третий. И вряд ли кто-нибудь из них умеет летать как Элла. Черт!
Других сверхов впечатывает со всего размаху в стену в том числе и тех, что были без сознания.
Банши успевает схватиться за металлическую раму окна и удержаться. Откуда в ней столько прыти, но как только взрывная волна проносится, Банши тут же запрыгивает обратно в помещение.
Кто-то из сверхов швыряет в Банши стол, надеясь вышвырнуть ее в окно, но она уворачивается и ей прилетает лишь в плечо. И судя по злющему взгляду, теперь Банши явно вознамерилась нас всех здесь прикончить.
Использовать свою сверхспособность Сема больше не решается, видимо, опасается, что снова нечаянно выкинет сверхов в окно.
Зато я ничего не опасаюсь и снова активирую трезубец. Навожу на Банши и врубаю на всю мощь, как раз в тот миг, когда она снова открывает рот.
Она вспыхивает с такой силой, словно ее перед этим бензином окатили. Крик Банши проносится с такой мощью, что мы падаем на пол. Что происходит дальше, не видим, потому что звук настолько мощный, что кажется еще немного, и нас постигнет участь тех сверхов со взорванными головами.
У Семена начинают кровоточить уши. Я тут же запускаю исцеление, еще не хватало оглохнуть из-за этой сумасшедшей.
Дарья горит слишком долго, никак не сгорая и не умирая. Ее крик, кажется, не прекращается целую вечность. А затем он затихает так резко, что я уже ненароком думаю, что Семен окончательно оглох.
В помещении стоит запах гари. Но он тут же сменяется ядовитой вонью Скунса. Я только и успеваю краем глаза заметить, как он в ужасе улепетывает прочь, оставляя за собой зеленоватый след газа.
Поднимаю глаза, взглянуть на труп Дарьи Банши. Трезубец работал на всю мощь, и после такого пламени никто не мог выжить, поэтому ожидаю увидеть там только горстку пепла.
Но Банши не превратилась в пепел и даже не стала обуглившейся головешкой. На ней сгорела одежда, ее косматые волосы исчезли и теперь лысая голова Дарьи покрыта копотью, как и все остальное тело. Но на самой Дарье ни единого ожога.
Да что же за чудовище эта Банши?! Ее же вообще ничего не берет.
Она начинает подниматься на ноги. Ее лицо перекашивается от прескверной безумной улыбки.
— Тупицы! Партия Света вколола в меня столько своей экспериментальной гадости, что меня теперь ничего берет, — сипло и победоносно говорит Банши, не сводя с меня глаз.
И как это она догадалась, что поджарить ее пытались именно мы?
— Не хотела тебя убивать, жирдяй, — вздыхает она, — но теперь видимо придется. Такие назойливые мухи, как ты, вечно все портят.
Она напрягается всем телом, набирая в грудь побольше воздуха. Я активирую остолбенение. Все в тот же миг застывают.
Надо было сразу использовать эту способность, как только Семен взрывной волной вышиб окна. Но хорошая мысля, как говорится...
Я поднимаю Семена на ноги и несусь на Банши. С разбегу толкаю ее, и она вылетает в окно.
Если уж и это не сработает, тогда пусть с ней разбираются светляки и прогрессовцы. А я пас, мне и без того проблем хватает.
Я стою и смотрю на ночной город. Внизу слышится вой приближающихся сирен. Пытаюсь разглядеть тело Банши внизу, но слишком темно и высоко, чтобы что-либо разглядеть. Снизу слышится рокот, прямо напротив нас зависают черные небольшие дроны. Они влетают внутрь помещения, заставив меня оборачиваться. Дроны целятся маленькими камерами, как любопытные насекомые, осматривая все вокруг.
Проходит несколько секунд, и все отмирают: начинают копошиться, стонать, молить о помощи.
— Все в порядке! — парень сверх машет дронам рукой. —Они сбежали, я их сейчас догоню.
И он тут же на сверхскорости срывается с места, взметая по пути мелкий мусор и осколки.
Здесь только и остается, как молчаливо сматериться. Ну мать вашу. Сверхскорость? А раньше нельзя было ее использовать? Вышвырнуть, например, Банши в окно? Или поимка преступников лишь предлог, а сам он попросту свалил отсюда подальше?
Нет, совсем мелкие и никчемные герои в этой партии Прогресса. Их тут была целая куча и никто толком не смог справиться с сумасшедшей крикуньей и вонючкой. Тоже мне сверхлюди. Та же Элла тоже свалила, хотя могла взять эту Банши и вышвырнуть в окно. Видимо, герои они только на камеру.
— Давай-ка, Семён, свалим отсюда под шумок, — говорю я. — А то сейчас набегут прогрессовцы, начнут допытываться про пиромантию. А тут еще и эта Банши рассказала, что мы ее выпустили. Вряд ли Стриж, когда узнает, спасибо тебе скажет.
— Да, пожалуй, ты прав, — спешит согласиться Семен.
Затем он резко разворачивается и шагает прочь.
Мы выходим в коридор, мимо проносится толпа охранников.
— Вы не ранены? — спрашивает кто-то из них у нас.
В ответ Семен только отрицательно качает головой.
— Нужно, чтобы вас осмотрел врач. Никуда не уходите, — и сказав это, охранник уносится дальше по коридору к месту происшествия.
Мы с Семеном долго ждем лифта, наконец створки разъезжаются и оттуда вылетает Инга и еще несколько человек медиков.
— Семен! Вы как? У вас кровь! — восклицает Инга, обеспокоенно осматривая его.
— Да все со мной в порядке! — пытается отмахнуться Сема от подлетевшего к нему медика.
— Я все равно должен вас осмотреть, — настойчиво произносит медик.
Семен, кажется, поддается, но меня такое не устраивает, я его уже исцелил, незачем тратить время на осмотр. Забираю контроль.
— Я сказал, со мной все в порядке. Окажите помощь другим. Там некоторые оглохли и сознание потеряли. А у кого-то и вовсе голова взорвалась! — сердито отвечаю я, всем своим видом давая понять, чтобы от меня отвалили.
Медик даже слегка отшатывается, когда я все это вываливаю на него. А я, не дожидаясь дальнейшей реакции, захожу в лифт.
К счастью, нас больше никто не трогает, и мы спокойно доезжаем в лифте до первого этажа.
— И куда мне ехать теперь? — спрашивает Семен. — А если партия Света снова нападет?
— Сомневаюсь, что они тебя тут караулят сутками напролет. А поедешь ты в квартиру, где сейчас остальные. И завтра утром мы все вместе, как и планировали, поедем в партию Жизни и вступим в нее.
— А где эта квартира находится?
— А, ну да, точно! Погоди минутку, сейчас быстро сгоняю и узнаю адрес.
И только я собираюсь уйти, как Сема меня останавливает:
— Нет, не бросай меня! — категорично восклицает он. — Там же еще этот — вонючка. А еще охрана. Не уверен, что меня просто так выпустят.
— В смысле — не выпустят?! Ты что? В заложниках у них?
— Ну-у-у, Инга — это администратор сверхлюдей, она мне говорила, что лучше пока не выходить из штаба. Мол, это ради моей безопасности и все такое.
— Но ведь и удерживать здесь они тебя не могут? — возмущенно интересуюсь я.
— Наверное не могут, — неуверенно тянет Семен.
Лифт распахивается. Здесь в вестибюле сплошной погром и кровище — последствия вероломного вторжения Банши и Скунса. У входа стоит несколько карет скорой помощи, все помещение заполонила милиция и охрана. А еще валяются трупы, и стоят носилки с черными закрытыми наглухо мешками.