– Надо отрезать косу, – сказал Корвин. – Лучше сразу.
Она взвизгнула, с неожиданной прытью сиганула со стола и помчалась прочь.
– Куда?! – рявкнул он, бросившись за ней следом и загораживая дверь.
Девчонка металась по кухне точно бешеная кошка, едва не вырвалась в коридор, но Корвин успел обхватить ее за талию и прижать к себе.
– Отпусти, – выдавила она. – Это ты! Ты тот самый крылатый!
– Да, вторая встреча тоже получилась эффектной, – согласился он. – Жизнь за жизнь. Теперь мы квиты.
– Я ехала в храм солнца! – выкрикнула она и, боднув его затылком по зубам, вырвалась из объятий и юркнула под стол.
Шикнув, Корвин схватил черпак и прижал холодный металл к губе. Наклонившись, заглянул под стол. Дама сидела там и сверкала глазами.
– Я Корвин, – представился он. – А ты?
Девушка промолчала, тараща глазища. Темно-синие, как вечернее небо. Он уж решил, что малость нафантазировал, но нет, она и правда была восхитительно хороша. Волосы растрепались, и окружали свежее личико нимбом.
– У тебя вообще есть имя? – спросил Корвин.
– Конечно, есть, – фыркнула она.
– И? – поторопил ее с ответом.
– Не твое дело, проклятый ворон! Ты украл меня, чтобы отомстить?
– Я спас тебя, дурочка, – начал сердиться он. – Ты что, не понимаешь, что бы с тобой было?
– Отлично понимаю, – отрезала она. – Я бы жила долго и счастливо в храме солнца.
– Нет никакого храма, – сказал он.
– Есть!
– Нет!
– Есть!
– Тебя собирались скормить змею!
– Ха-ха, – деланно рассмеялась она. – Думаешь я совсем ку-ку? Пока златокурые девы поют песни, змей спит!
– А то, что тебя чуть не изнасиловали на привале, как сюда вписывается? – поинтересовался Корвин. – Это такая церемония перед посвящением?
Девушка промолчала, а после спросила:
– Что это значит?
– Церемония?
– Изнасиловать.
Корвин набрал в грудь побольше воздуха.
– Пу-пу-пу, – задумчиво произнес он на выдохе. – Давай, вылезай. Надо решить вопрос с волосами, потому что утром придет Клара, а мне вовсе не хочется привлекать лишнее внимание.
– Тогда ты зря меня выкрал, – ответила девушка, приосанившись, насколько это было возможно под столом. – Потому что мой дорогой отец бросит все силы, чтобы спасти свою бесценную дочь.
– Вот тебе, конечно, мозги промыли, – вздохнул Корвин. – Ладно, не хочешь по-хорошему…
Он присел, схватил ее за ногу, но, увидев багровый отпечаток чужой пятерни, невольно расслабил пальцы, а девушка, воспользовавшись моментом, врезала ему ногой в глаз, перевернулась на живот и быстро поползла вперед.
– Ах ты ж бесценная, – выругался он, прижимая черпак теперь к глазу.
Надо было оставить ее связанной. Но кто же мог знать, что она начнет лягаться как лошадь?
Отбросив условности, Корвин схватил ее за щиколотку, дернул, так что девчонка растянулась на полу. Быстро уселся сверху, и дама охнула, прижатая его весом, а Корвин поднял ее косу.
– Мне очень жаль, – искренне сказал он. – Волосы у тебя роскошные, это правда. Но что лучше – быть живой и со стрижкой, или сожранной с волосами? Ответ очевиден.
Ножницы едва справлялись с толстенной косой, а дева под ним извивалась как змея и визжала.
– Позже поймешь, что это для твоего же блага, – добавил Корвин, кромсая золотистые пряди, – у нас нет выбора!
Она заорала и выгнулась с такой силой, что он чуть не свалился.
– Еще раз прошу прощения, – добавил Корвин. – Но я правда спасаю тебе жизнь. Без волос ты ему не нужна. Что за отец такой, что подбирает себе дочек одной масти, точно собак?
Девушка взвыла, когда на пол посыпались золотые пряди.
– Так он пополняет казну. Его золотейшество. Если скормить змею блондинку аккурат перед линькой, то кожа, которую он сбрасывает, становится золотой. Ты меня слышишь? Понимаешь?
Коса толщиной в руку казалась живой – она переливалась в последних лучах солнца и блестела как настоящая драгоценность. Корвин слез с девушки, быстро отпрыгнул подальше, готовясь к очередной атаке, и спрятал ножницы в ящик, чтобы ненароком ее не поранить. Но гостья села, провела пальцами по коротким прядям и горько взвыла, спрятав лицо в ладони.
– Отрастут, – неловко сказал Корвин. – Слушай, как бы тебя ни звали, надо еще покрасить…
С краской на удивление вышло куда проще. Дама, растеряв боевой задор, только рыдала. А Корвин действовал по инструкции: прикрыл хрупкие плечи накидкой, нанес на волосы заранее заготовленную краску, прочесал пряди, чтобы цвет получился равномерным, после сбрызнул специальным раствором для стойкости и опять расчесал.