В этот день все было совсем по-другому.
Солнце, море, песок остались прежними. Камилла и Орланда плескались в воде, строили песчаные замки, загорали, ели фрукты. Но все время обе ощущали, что чего-то им не хватает.
Не было еще трех часов дня, когда Камилла закапризничала и запросилась домой.
— Ма Тя… Ма Тя… — Так девочка называла домоправительницу.
Орланда начала собирать разбросанные надувные игрушки, корзинку с продуктами для пикника, которую всегда брали с собой. Затем одела малышку, оделась сама и с тяжелым сердцем обвела глазами пляж, где они с Камиллой и Стэнли провели столько счастливых минут.
Она словно прощалась с ним навсегда, терзаемая дурным предчувствием. Ей даже не хотелось возвращаться в особняк — интуиция подсказывала, что ее ждут там неприятные известия.
Не раскисай, приказала себе Орланда. Камилла чувствует мое настроение. Я не имею права портить ей существование своими личными горестями. Надо помнить, что я и вся моя жизнь принадлежат ей, так что надо делать вид, что я весела и всем довольна. Я вышла замуж за Стэнли Гилбрайта не ради любви. Он не обещал мне ничего, кроме денег. Я и так получила много больше, чем было предусмотрено нашим соглашением. Значит, надо собраться с духом и продолжать жить и выполнять свои обязанности. Скоро мы вернемся домой и я куплю маленькую ферму…
Думать об этом не хотелось, поэтому молодая женщина села в машину, притянула к себе Камиллу и стала напевать ей на ухо веселую песенку, чтобы развеселить малышку.
Когда лимузин остановился у дверей особняка, навстречу им вышла А Ма Тан. И Камилла тут же потянулась к ней.
— МаТя… МаТя…
— Иди сюда, моя хорошая, иди. Ма Тя покормит свою любимицу, — заворковала старуха, стараясь не глядеть на Орланду.
Та немедленно заметила странное поведение домоправительницы, и сердце ее упало.
— Мистер Стэнли еще не вернулся? — как, можно спокойнее спросила она.
— Нет, девочка. Но он звонил несколько раз, хотел поговорить с тобой, — ответила А Ма Тан. — Обещал позвонить еще раз минут через пятнадцать. Иди к себе, By Линь поставил там аппарат. А я покормлю мою дорогую малышку. — И она, подхватив девочку на руки, отправилась в кухню.
Орланда поднималась по лестнице, когда услышала телефонный звонок. Она вбежала в комнату и кинулась к аппарату.
— Алло!
— Орланда, наконец-то! — раздался любимый ею голос. — У меня всего пара минут, так что слушай внимательно. Я сегодня вылетаю в Лондон. Срочные дела. Оставляю машину в полное твое распоряжение, завтра поедешь по магазинам, накупишь, все что надо, и себе и Камилле на первое время. Твои гонконгские каникулы подошли к концу. Начинаются суровые будни. О перелете не беспокойся. Пришлю обратно свой самолет, чтобы тебе было удобнее. Чек послал By Линю, он отвезет его в банк и утром выдаст тебе наличные. Не отказывай ни в чем ни себе, ни малышке. — Голос уплыл в сторону, очевидно, Стэнли отвлекли, потом вернулся. — Извини, больше говорить не могу. Сделай все, как я сказал. Целую тебя. — Затем раздались короткие гудки.
Орланда недоверчиво посмотрела на трубку, словно впервые в жизни видела этот странный предмет. Слова Стэнли медленно начали просачиваться в ее сознание.
Вот все и кончилось. Он уезжает, а ее отправляет обратно. Контракт выполнен. В ней больше необходимости нет. Дальше каждый из них идет своей дорогой.
Орланда упала на кровать и зарыдала так, как никогда еще в своей короткой, но несчастливой жизни. Даже когда узнала о болезни Джерри. Даже когда похоронила ее…
Она плакала долго, пока не появилась А Ма Тан и не заставила ее выпить чаю.
— В чем дело, девочка? — строго спросила старая китаянка, глядя на ее распухшее от слез лицо.
— Я уезжаю послезавтра, А Ма Тан, — ответила Орланда.
— Знаю. Только плакать-то зачем? На Гонконге свет клином не сошелся.
— Да, верно. — Орланда пристыженно вытерла глаза. — Где Камилла?
— Наконец-то вспомнила. Иди, пора уже купать ее, я и ванну налила. Ну-ну, хватит слезы лить-то. Разлуки в жизни случаются, надо уметь терпеть. Это не смертельно.
— Да, верно, — повторила Орланда и поднялась на ноги, вспомнив о призывающих ее обязанностях.
Следующий день прошел как в тумане. Она больше не плакала, не чувствовала, не думала.
By Линь, как и сказал Стэнли, передал ей пакет с долларами и сказал, что лимузин ожидает у двери. Орланда в состоянии какого-то душевного оцепенения поехала по магазинам, накупила Камилле игрушек, одежды, обуви, несколько чемоданов, чтобы уложить все это, и вернулась в особняк.