— Не смотри так на меня, я не имею к этому отношения, — качаю бокалом в сторону коридора и припадаю к прохладному стеклу для обжигающего глотка.
— Похер. Твой гемор, тебе и разгребать.
Марк поднимается, тремя пальцами удерживая пустой стакан в опущенной руке.
Очередной хлопок входной двери. С этим звуком начинает появляться неприятное предчувствие.
Блондинка Джульет со вздернутым подбородком и непоколебимой решимостью останавливается посреди коридора. Взгляд неспешно перемещается с застывшего Марка на меня. Курсирует, будто она запоминает, подмечает детали.
Факт ее возвращения не предвещает ничего хорошего.
— Где третья комната?
Расслабленный градусом организм напрягается. Вовремя закинулся, иначе реакция была бы куда ярче.
— Ты стоишь напротив нее, — криво усмехаюсь он и делаю очередной глоток.
Джульет смотрит на дверь, наигранно улыбается нам буквально на секунду и заходит в комнату.
— Я столько не пил, чтоб у меня такие глюки были, — Марк со злостью припечатывает бокал к барной стойке. — Охуеть. Жить с девками в блоке.
Он хлопает дверью в свою комнату.
Абсолютно согласен. Помимо раздражающего эффекта лишнего присутствия, добавляются лишние уши, которым совершенно противопоказано слушать наши разговоры.
Ставлю пустой бокал на стойку и захожу в свою вторую комнату.
Глава 3. 1
***
Джульет
Дарси резво обежала пять блоков на этаже, ни в одном не оказалось свободных комнат.
— Еще один блок остался. Идем! — она дергает дверь и залетает внутрь. Бесцеремонно заходит в ближайшую комнату.
Я иду дальше. Здесь довольно приятно. Темно-синяя отделка, преимущественно деревом, в сочетании с белыми оттенками. Стильно. Даже немного уютно.
Пыхтящая от недовольства Дарси обходит меня, нацелившись на следующую дверь. Замирает передо мной, а я… Как я сразу не заметила?
Чертов Мэлл на кресле прямо напротив прохода смотрит крайне заинтересованно, с нескрываемым любопытством.
— Дарс, что ты здесь делаешь? — он цепляет меня коротким взглядом и переключается на свою хорошую знакомую.
— Мэлл, — она довольно растягивает его имя, отпуская дверную ручку. — Здесь должны быть две свободные комнаты.
Она проходит вперед и замирает.
— У вас бар? Охренеть.
Что? Бар в блоке?
Ай, плевать! Я не стану здесь жить. С кем угодно, но не с Брэдфордом.
Я мечтала забыть его лицо и все остальное, а не наблюдать каждый день.
— Они всегда свободны, — мягкий голос не сочетается со сволочью.
— Отлично! Мы здесь поселимся, — Дарси с широкой улыбкой проходит дальше.
Мы? Нет, спасибо. Обойдусь.
— А-а, урод, которому мало места, — растягивает она издевательски.
Приподнимаю брови в удивлении.
Она всегда такая? Видимо да, раз настолько спокойно и натурально выражает все, что думает. Хотя, похоже, обычно она не особо задумывается над словами.
— Ты ее знаешь? — глубокий голос достигает ушей.
Мэлл кивает, обнажая зубы в широкой ухмылке.
— Дарс, Фиркинс никого сюда не заселяет.
Та пожимает плечами.
— Уже заселил. Можешь возмущаться, но я останусь. Во-первых, здесь круто. Во-вторых, есть бар. И в-третьих, два свободных места.
Дарси может оставаться, ей наверняка придется по вкусу соседство с кумиром подростковых фантазий, а я ухожу.
Комнат в общежитии должно хватить всем, так что для меня наверняка еще осталось место.
Игнорирую оклик Дарси. Встретимся позже. Потом. Когда я, наконец, получу свой уголок в Эксмуре и спокойно вздохну.
От мысли жить по соседству с Мэллом вновь накрывает дрожь. Брэдфорд как ядовитый газ — отравляет спокойствие и активирует паническое состояние. Да, конечно, и без него оно включается, стоит поволноваться сильнее обычного, но в данном случае виноват он.
Спокойствие пропало из моей жизни сразу после дня рождения, паника стала лучшим другом. Единственным. От которого хочу избавиться, но не знаю как. Прогнать, попросить вежливо, подстроить убийство — вариантов много, и ни один не подошел.
В холле первого этажа почти никого не осталось. Небольшая группка студентов трется возле кристамата с напитками. Почти то же, что обычные автоматы, только работает на кристаллах. Гарантировано отсутствие сбоев и поломок. Более надежная вещь, как и вся кристаллическая техника.
Мистер Фиркинс с отрешенным безразличием медленно, лениво что-то записывает в толстый талмуд.
— Извините, — улыбаюсь мягко.
Мужчина не поднимает головы и продолжает писать.
— Чего надо? — монотонный вялый голос вызывает желание зевнуть.