Я отомщу. Как? Неважно. Я обязательно придумаю.
Пусть он виноват чуть меньше Ирвин, но… Он воспользовался моментом. Мной. Он — причина моих кошмаров и истерик.
Нанести ему вред, вероятно, лучшее лекарство от всех болезней, созданных им же.
Небывалый прилив энергии от опьяняющих мыслей. Я использую жизнь в одном блоке с ним в свою пользу. Узнаю лучше, найду слабые места. Уязвимости. Придумаю, как ударить побольнее, а потом возьмусь за Ирвин.
Глава 4
Джульет
Здесь довольно неплохо. Просторная комната с широкой кроватью. Не двуспальная, но развалиться хватит. Длинный узкий шкаф, напротив — большой письменный стол, над ним несколько полочек для книг и мелочей.
Из окна вид на берег моря. На широком подоконнике можно посидеть с кружкой чая или книгой. Или и тем, и другим.
Вещи доставили быстро. Первым делом включила кристаллический смартфон. Запрет на использование на территории универа строгий, но никто устройства не отбирает. Разумная осторожность, и выговора не будет.
Я обещала позвонить родителям, когда устроюсь в общежитии. Яростные эмоции уступили место опустошенности. Разговаривать не хочется, но я все равно нажимаю на имя мамы.
Подключение длится несколько секунд, экран показывает загрузку и дает увидеть утонченную версию меня — Адель Барнетт. Часть светлых волосы собрана на затылке, часть спадает по плечам на нежное голубое шелковое платье. Яркие голубые глаза, не утратившие с годами искры жизни и любопытства, всматриваются в меня с экрана.
— Я не видела тебя несколько часов и уже соскучилась.
— Привет, мам, — улыбаюсь искренне.
На фоне слышен голос отца, он становится громче.
— Кто там? — он заглядывает в экран рядом с мамой и улыбается. — А, моя маленькая Джульет. Ты звонишь, чтобы сказать о своем возвращении?
— Нет, пап. Я уже получила комнату и разложила вещи, — последнее — наглое вранье.
— Я все еще не могу поверить, что ты променяла Лондонский университет на затворничество, — притворно ворчит отец.
Его тронутые сединой волосы зачесаны назад, морщинки вокруг глаз придают ему забавный милый вид, когда он щурится, едва не прилипая лицом к экрану.
Он всегда так делает, когда пытается уличить меня во лжи.
— Лиам, прекрати, ты носом завершишь звонок, — смеется мама и я вместе с ней. — Вообще-то я солидарна с твоим отцом. Может ты передумаешь?
Я не позволяю себе допускать мысли, что у меня есть обратный путь. Потому что его нет.
Ирвин и все мои бывшие друзья поступили в Лондонский университет кристаллов. Я не могу оказаться с ними на одной территории. Просто не могу.
— Не волнуйтесь, здесь очень красиво и довольно неплохо на первый взгляд. Я одна в комнате, соседи по блоку дружелюбны.
Правду родителям знать не обязательно.
Папа вновь прищуривается, но не приближается к смартфону.
— Парни в твоем блоке есть?
— Лиам.
— Что? — он смотрит на маму. — Они все должны знать, что моя маленькая Джульет неприкасаемая.
— Я не маленькая, пап.
— Кто-то из них уже нарушил дистанцию в один гребаный километр?
Плохо сдерживаю смех.
— Мы в одном блоке, как здесь держаться в километре?
— Пусть живут в другом конце общежития. Что это вообще за университет, где нет гендерного разделения?
— Мы в разных комнатах.
— И все равно какая-то ящерица может пробраться к тебе. Не забывай закрывать дверь, слышишь? Адель, мне не нравится, что моя дочь там живет рядом с озабоченными парнями, — папа переключает внимание на маму.
— Наша дочь в университете, Лиам. Не все парни озабоченные.
— Все. Я был молодым и знаю, о чем говорю.
О… Нет, я не хочу это слышать.
— Не волнуйтесь, — повторяю и машу им. — Со мной все будет в порядке. Люблю вас!
Прежде чем звонок завершается, слышу папино ворчание про "серьезный разговор" и что-то в этом духе.
Дрожащими пальцами убираю смартфон на тумбочку, хватаюсь за подоконник, сидя на нем. После каждой притворной улыбки родителям начинает тошнить. Но это для их блага. Они просто не переживут новости, что их "маленькая Джульет" — позор для себя и семьи.
Разбирая вещи, прислушивалась к разговорам. Когда пришли еще два жителя блока — Пол и Этан, голоса стали громче. Обсуждали Фиркинса и не сдерживались в выражениях.
Я и Дарси — единственные девушки в блоке, и это неутешительный факт. Он и парней не обрадовал. Из разговора удалось понять, что они платили Фиркинсу за проживание своей узкой компанией.
Дарси с конца коридора, похоже, что-то услышала.
— Я отсюда не съеду. Все недовольные могут прогуляться на хер! — прокричала Дарси, следом прогрохотала дверь.