— Что? — вырывается спокойное непонимание, и…
Что-то изменилось. Что происходит?
Внизу живота расползается жар. Голову словно сдавливают под прессом. Обхватываю ее, мыча от боли. Перед глазами муть.
Шатает, сложно устоять на ногах. Кто-то удерживает, не дает упасть.
Почему голова разрывается? Тело горит, будто варят заживо. Отчего? Что со мной?
Вопросы теряются, путаются. Ужасные, болезненные ощущения отступают, взгляд проясняется.
Черт, что это было?
Незнакомец держит за локоть. Заглядываю с непониманием в голубые глаза напротив. Почему он так пристально смотрит?
Вопрос повисает на языке. Внизу живота что-то сладко болезненно затягивается. Истома прокатывается под одеждой. Снять хочу. Раздеться. Она лишняя. Ненужная.
Эти манящие губы… как его зовут? Неважно. Не имеет значения. Главное они очень, очень привлекательные.
Жадно впиваюсь в них, не осознавая себя.
Что я творю? У меня словно раздвоение личности.
Отшатываюсь, не понимая противоречивых эмоций. Хочу отдаться ему. Полностью. Но внутри протест… и он становится все тише.
— Нас ждет очень продуктивное знакомство, — парень с чертовски соблазнительной, как грех, улыбкой притягивает к себе.
Хочу. Его. Срочно.
Воспоминания, как обычно, отзываются болезненными импульсами. Виски давит, хочется их сжать.
Ирвин хватило подлости использовать кристалл лютой похоти. Против меня! Годы дружбы, море слез на плечах друг друга... Я доверяла этому человеку, хотя прекрасно знала, кем она на самом деле является.
Ладно, я могу смириться с применением запрещенного кристалла, хотя сам факт отвратителен. Но почему я? Она ведь знала, что я ни с кем не спала. Знала, что у меня есть парень.
Вернее, был… Был парень. И поступить так… Подло. Низко. Грязно. Опозорила перед друзьями. Перед всеми!
В том треклятом клубе отдельные комнаты для специальных гостей. Мажоры любят снять девчонку и отвести туда, чтобы не тащить домой или в отель. Теперь я знаю о них. Узнала тогда, в свой день рождения.
В комнатах, вопреки конфиденциальности, установлены камеры… Ирвин, с ее врожденной отвратительностью, достала запись и разослала всем. Всем! Друзьям, знакомым, бывшим одноклассникам.
Сама подставила меня, буквально заставила переспать с незнакомцем. Сопротивляться кристаллу просто невозможно, он отключает здравомыслие и любые инстинкты, кроме похоти. Запрещенный кристалл рассеять могла только сама Ирвин, и она, разумеется, этого не сделала. Нет. Она наблюдала, как я при всех запрыгнула на парня и умоляла… черт… трахнуть меня. Просила на глазах у всего клуба. Хорошо, он не дал раздеться на танцполе. Не пустил вешаться на каждого мужчину, а ведь я хотела.
Под действием гребаного кристалла я хотела любого, у кого есть член. Это отвратительно.
Два месяца ада, единственно верное решение, и вот я здесь. В Эксмуре — закрытом университете, где никто не знает обо мне. Не знает о самой большой ошибке в моей жизни — о дружбе с Ирвин.
— Свободно?
Вздрагиваю, вырванная из раздумий. Девушка показывает на пустующее рядом место.
— Да, — киваю слегка растерянно, — свободно.
Тру висок двумя пальцами, надеясь, что головная боль отступит. Желательно со всеми воспоминаниями.
Два месяца лета я варилась в них. Поджаривала себя на адской сковороде каждый день. Туда подсыпали перца, подкидывали дров. Все, чтобы я чувствовала себя максимально отвратительно.
Ирвин удалось превратить меня в жалкое существо, вздрагивающее от собственной тени. Я никак не могла объяснить родителям, почему резко засобиралась в Эксмур. Папа и дедушка не могли поверить, что я променяла Лондонский университет кристаллов на Эксмур. Тоже престижный универ, но с Лондонским не сравнится.
Я не планировала поступать сюда, никогда не было таких мыслей. До этого лета я, признаться, о нем даже не слышала.
Закрытый университет. Вернуться домой можно на Рождество и на летние каникулы. Кристаллические смартфоны запрещено использовать, но мало кто следует запрету. Все берут с собой устройства, потому что… двадцать первый век. Будь он проклят вместе с соцсетями и теми, кто их придумал.
Я сбежала. Трусливо, возможно. Но я так устала жить в постоянном напряжении, скрывать лицо, выходя на улицу! У нас маленький городок, благодаря Ирвин меня там знают все.
Надеюсь, что когда придется вернуться домой, я смогу спать спокойно. Буду выходить на улицу, не боясь увидеть гадкие ухмылки.
Порновидео со мной в главной роли распространилось молниеносно, будто ничего другого больше не существовало. Словно это единственное, что всколыхнуло сонную общественность.