Общий счет за мамино лечение в больнице составил 50 000 рэндов. Я оплатил его в тот день, когда мы покидали больницу. Те четыре дня, что мы были в больнице, приходили члены семьи, разговаривали и проводили с нами время, смеялись и плакали. Когда мы собирали вещи перед отъездом, я думал о том, какой безумной была вся неделя.
– Тебе повезло, что ты выжила, – сказал я маме. – Но я до сих пор не могу поверить, что у тебя нет медицинской страховки.
– О, но у меня есть страховка, – ответила она.
– Есть?
– Да. Иисус.
– Иисус?
– Да.
– Иисус – твоя медицинская страховка?
– Если бог со мной, кто может быть против меня?
– Ладно, мама.
– Тревор, я молилась. Я говорила тебе, что я молилась. Я не молюсь понапрасну.
– Знаешь, – сказал я, – на этот раз я не буду спорить с тобой. Пистолет, пули – я не могу это объяснить. Так что сейчас я тебе уступаю.
Но затем я не смог удержаться от последней маленькой подначки.
– Но где был твой Иисус, когда надо было оплачивать счет за больницу, а? Я точно знаю, что это оплатил не он.
– Ты прав, – сказала она, подмигивая. – Не он. Но он даровал мне сына, который это сделал.