призыв муэдзина к молитве. Как в каком-нибудь мусульманском государстве:
в Иране или Индонезии.
Это то, что произошло в Европе, что происходит в США, что очень
скоро произойдет у нас, в Украине, в России. У нас уже сегодня
положительная миграция – то есть переселяющихся в Украину больше, чем
выезжающих из нее. И уезжают в основном молодые и люди среднего
возраста – в Европу, в США, в Канаду. А перебираются к нам оттуда, где
хуже, чем у нас: с Кавказа, из стран Ближнего, Центрального и Дальнего
Востока. То есть из тех мест, где многодетность – норма и правило.
Сейчас, правда, рождаемость в Украине чуть-чуть повысилась. Во
многом благодаря государственным одноразовым выплатам при рождении
ребенка. Но поощрение рождаемости при помощи пособий – путь тупиковый.
Как выразился один из исследователей – превращение материнства в способ
люмпенизированного заработка. Жизнь на пособие превращает человека в
растение, в США даже выражение такое есть – «дети вельфера»1, то есть
поколение, выросшее в семьях, где никто и никогда не работал. И они, эти
дети, тоже работать не хотят и не будут – за очень редким исключением. И
пополняют ряды все тех же живущих на пособие люмпенов, или уголовных
элементов.
В зависимости от распределения населения по возрастным группам
различают три типа возрастной структуры населения: прогрессивный (доля
детей – 40%, пожилых людей – 10%), стационарный (доля детей – 27%,
пожилых людей – 23%), регрессивный (доля детей – 20%, пожилых людей –
30%). Для справки – по данным Госкомстата Украины в 2009 году
доля детей составила 14,1%, пожилых людей – 15,9%.
Конечно, даже если тенденции не изменятся, не переломятся, и
однодетность в наших семьях будет по-прежнему лидировать,какое-то время
у нашей нации и самой белой расы еще есть. И даже если она вымрет лет
через пятьсот-тысячу, человечество от этого существовать не перестанет2.
1 welfare (анг.) — вообще-то благополучие, благоденствие, но в данном случае – социальное обеспечение.
2 Если, конечно, не вымрет по каким-то иным причинам: глобальное потепление, ядерная война,
столкновение с гигантским астероидом…
152
«Русский крест»: сверхнизкая рождаемость и сверхвысокая смертность ежегодно сокращает
население России, Украины и Белоруссии на 0,5% в год (opec.ru)
Если пройтись по отдельным территориям, то из всех «бело-христианских» регионов мира
в наихудшем положении оказалась Восточная Европа, в особенности — славянские
республики бывшего СССР. Феномен, названный демографами «русским крестом»
(сверхнизкая рождаемость и сверхвысокая смертность), ежегодно сокращает население
России, Украины и Белоруссии на 0,5% в год. Коэффициент фертильности (соотношение
количества женщин детородного возраста и количества детей) в этих странах давно
опустился ниже отметки в 1,5. При этом для воспроизводства, по разным оценкам ученых,
требуется от 2,05 до 2,2. 1
Но это все – потребность в детях в «национальном аспекте», то есть
залог выживания этноса.
А в аспекте семейном?
1 Читать полностью: http://www.km.ru/front-projects/demografiya/krizis-beloi-tsivilizatsii-glavnyi-udar-po-rossii-
ukraine-i-belorussii
153
Счастье по-другому
Реализация родительских инстинктов?
Потребность в продолжении рода?
Оставить что-то после себя?
Залог любви?
Продолжение отношений?
Чтоб было кому на старости лет заботиться, стакан воды подать?
Для увеличения общего количества любви и счастья в отдельно взятой
семье и в этом мире в целом?
На этот вопрос – зачем мне дети? – каждый отвечает себе сам, и по-
своему. Вплоть до: «нам это не надо»1.
«Нежелание иметь детей говорит о нелюбопытстве к миру и жизни, лишает
возможности узнать больше о себе самом и о тех немногих чудесах, которые в
этом мире действительно случаются».
Из беседы на одном
интернет-форуме
К счастью, у нас таких пока немного. Больше тех, кто отвечает на этот вопрос
однозначным: «надо!», не заморачиваясь особо вопросами «зачем?», и
«кому?». Может быть, потом, с годами, и задаются этими вопросами,
особенно если с ребенком что-то неладное получается: вырастает
алкоголиком, наркоманом или просто бессердечным эгоистом.
«И зачем только я его/ее рожала?» — спрашивает у себя мать тогда,
иногда – риторически, иногда – и в самом деле желая понять, зачем.