Одного из добровольцев, который ранее провел 20 дней в доме с грязным бельем умерших, поместили в другой домик, теперь уже очень чистенький и хорошо проветриваемый. Внутри он был разделен пополам тончайшей металлической сеткой, через которую не мог пробраться ни один комар. Во второй половине домика поселили добровольцев, также никогда не болевших желтой лихорадкой.
К первому добровольцу выпустили комаров, которые в течение нескольких дней кормились кровью на коже тяжелейших больных желтой лихорадкой. Теперь эти комары должны были кусать добровольца, а он не имел даже возможности прихлопнуть своих мучителей. Результат не замедлил сказаться: через несколько дней у добровольца началась желтая лихорадка. Эти наблюдения показали с абсолютной бесспорностью, что болезнь передается комарами и никаким другим способом, причем комарами только одного вида — «египетскими», которые плодятся в водоемах около городов и поселков.
Все это время Д. Каррол продолжает поиски возбудителя болезни. В 1901 году исследователь решает пропустить кровь больного через фарфоровые фильтры с очень мелкими порами, через которые не могут пройти никакие микробы. Полученным фильтратом он заражает трех волонтеров, и двое из них заболевают желтой лихорадкой. Этот опыт доказывает, что болезнь передается возбудителем, который нельзя увидеть с помощью самого сильного микроскопа, но который проходит через мелкопористый фарфор. Составляя отчет о проделанных наблюдениях, В. Рид впервые пишет, что причиной, возбудителем желтой лихорадки является фильтрующийся вирус.
Когда роль комаров в распространении желтой лихорадки была доказана, главный санитарный инспектор Гаваны В. Горгас начал борьбу с насекомыми, уничтожая места их выплода с помощью керосина и других ядов. Меры, предпринятые Горгасом, были весьма строгими и поэтому очень эффективными. Каждый владелец дома и каждый житель должен был заняться истреблением мест выплода комаров. Полиции поручили санитарное инспектирование всех подвластных им участков и территорий. Все мало-мальски видимые, открытые водоемы были залиты ядами, что привело к массовой гибели комаров и воспрепятствовало появлению новых генераций насекомых.
Кроме того, предприняли весьма решительные действия по ограждению всех больных желтой лихорадкой от комаров. Ситуацию оценили правильно: если ни один комар не сможет укусить больного желтой лихорадкой, это будет эквивалентно тому, что все комары уничтожены.
Энергичные действия Горгаса дали немедленный успех, и если в 1900 году в Гаване заболело желтой лихорадкой более 1200 человек, то через два года не было ни одного случая болезни.
Внедрение эффективных санитарных мероприятий на всей территории этого большого острова (площадь Кубы 110 тысяч квадратных километров) привело к тому, что желтая лихорадка полностью прекратилась и после 1910 года не наблюдалось ни одного случая болезни.
С именем Горгаса связана еще одна страница успешной борьбы с Желтым Джеком.
Центральная Америка, год 1879-й. Французский предприниматель инженер Ф. Лессепс получает у правительства Колумбии концессию на строительство канала, который планировалось прорыть через перешеек, занимаемый департаментом Панама. Канал длиною 82 километра и шириной 150 метров должен соединить кратчайшим путем два океана — Атлантический и Тихий. Привлекательная задача: 82 километра вместо 10 тысяч морских миль.
Строителей не пугали джунгли, в которых около 400 лет назад погибло очень много отважных конкистадоров, стремившихся к мексиканскому золоту. Теперь не XVI век, а конец XIX, думали они. В Панаме сколько угодно необычайно дешевой рабочей силы, и благодаря этому задача казалась легковыполнимой.
Однако вмешался Желтый Джек, и последнее слово осталось за ним. Уже через несколько лет из-за обширнейших эпидемий желтой лихорадки и малярии, косивших строителей, работы были остановлены. Несколько десятков тысяч могил увенчали первый этап стройки.
Шло время. В 1903 году Панама отделилась от Колумбии. США купили проект канала и право на его строительство. Учитывая опыт кубинской эпопеи борьбы с желтой лихорадкой, главным санитарным врачом на эту стройку пригласили В. Горгаса. Он начал с того, что повел решительную борьбу с гнездившимися в сырых джунглях комарами. Это сразу же привело к резкому падению случаев заболевания желтой лихорадкой на строительстве канала. Именно благодаря санитарным мероприятиям, уничтожившим комаров, строительство удалось успешно завершить к 1914 году, еще до начала первой мировой войны.
Сейчас через Панамский канал ежегодно проходит около 15 тысяч судов, а американская компания получает по одному доллару с каждой тонны водоизмещения проходящего судна. Это дает более 100 миллионов долларов чистой прибыли ежегодно, из которых Панамскому государству США отчисляют только 2 миллиона. Народ Панамы ведет решительную борьбу за возвращение канала своей стране, на территории которой он был когда-то построен и за который было отдано так много жизней панамцев.
— Если я правильно понимаю, уже в начале XX века ученые доказали, что причина болезни — вирус и что он передается комарами. Значит ли это, что история изучения желтой лихорадки была успешно завершена?
— Нет, к сожалению. Действительно, казалось, все было ясно. Но карты спутал Случай. Он сыграл весьма коварную роль, продлив историю поисков вируса еще на два десятилетия.
Хотя Д. Каррол и обосновал, казалось бы, свое предположение, что желтая лихорадка вызывается вирусом (ему удалось заразить добровольцев кровью больных людей, прошедшей через фильтры, не пропускавшие микробы), самого вируса ученый выделить не смог. В 1901 году на поиски возбудителя почти одновременно отправились две экспедиции. В Западной Африке работали англичане, а в Южной Америке — экспедиция рокфеллеровского института из Нью-Йорка, руководимая японским микробиологом X. Ногуши. Незадолго до этого Ногуши приобрел всемирную известность, открыв возбудителя сифилиса.
Исследуя кровь больных желтой лихорадкой, Ногуши довольно скоро обнаружил в одном из образцов бактерию изогнутой формы, относящуюся к семейству лептоспир. Так как подобные находки повторялись, Ногуши поспешил опубликовать в научном журнале статью с описанием открытой им лептоспиры, утверждая, что именно она является возбудителем желтой лихорадки. Если бы только Ногуши мог допустить, что он ошибся! Но ведь он, как говорят ученые, держал микроб в руках, видел его под микроскопом.
К сожалению, авторитет Ногуши перевесил все скрупулезные данные результатов опытов Рида, его соратников и добровольцев. Ведь Рид был ординарным армейским врачом, а не знаменитостью, как Ногуши. (К сожалению, и крупные ученые могут иногда совершать ошибки и заблуждаться под давлением, казалось бы, очевидных фактов. К тому же в 1902 году Рид умер от приступа аппендицита и не мог поспорить с Ногуши.)
Английская экспедиция берет на вооружение метод выделения лептоспиры, описанный Ногуши. Обследуют десятки, сотни образцов крови больных желтой лихорадкой людей, однако обнаружить леитоспиру не могут. Известие об этом заставляет Ногуши пересечь Атлантический океан. Присоединившись к английской экспедиции, он пытается доказать свою правоту и найти лептоспиру.
Ученый правильно считал, что и в Южной Америке, и в Африке причина желтой лихорадки одна и та же, однако он заблуждался, думая, что этой причиной является выделенная им лептоспира. В довершение ко всему Ногуши заразился в лаборатории желтой лихорадкой и погиб.
Только после его смерти группе английских исследователей удалось выяснить причину заблуждения Ногуши. В Южной Америке, где работала американская экспедиция (но не в Африке, где вели поиски англичане), встречается и другое сходное по клинической картине заболевание — лептоспирозная желтуха. Эта инфекция разносится крысами. Ногуши выделил возбудителя болезни, лептоспиру, от больного желтухой, которая не имела ничего общего с желтой лихорадкой, хотя при обоих заболеваниях наступают поражения печени. Это привело к ошибочным выводам, направило исследования нескольких групп биологов по ложному пути и надолго задержало выделение вируса желтой лихорадки.