10) "— А если я откажусь?
— Тогда тебя ждет смерть — и новое рождение, как и всех живущих. Ты будешь мужчинами и женщинами, птицами и зверями, камнями и травой; и так до тех пор, пока все солнца этой вселенной не остынут и не погаснут. Это тоже ад своего рода… только вместо огня или холода в нем все поражено медленным, тепловатым гниением".
Это ли не разновидность ада, когда ты неосознанно, словно во сне, проживаешь свои жизни одну за другой? Ты рождаешься, миг (что это было?), и уже умираешь. Твоя осознанность растёт в течение тысяч воплощений, однажды ты пересекаешь Даат и становишься Мастером, потом дорастаешь до Вознесённого, потом получаешь Освобождение, но это лишь переход выше, где ты в форме бога продолжаешь крутиться в Колесе Божественной Сансары. И выше, и выше, и выше… И нет выхода из этой фееричной карусели безудержного веселья под названием Жизнь, или Лила. Есть вариант сбежать в санаторий — в нирвану, что создали хитрые древние маги для отдыха от воплощений и постоянного Пути. Дух/эйдос/ба будет пребывать в метастазисе тысячи кальп, пока нирвана не истлеет от старости, либо пока эйдос не найдёт в себе силы вырваться из блаженного небытия и вновь родиться, чтобы опять встать на Путь. Неизбывная мечта путника — чтобы это всё однажды закончилось.
Вышестоящий абзац найдёт резонанс в душе лишь у единиц, у тех, чей личный Танатос сравнялся с Эросом, а то и превзошёл его. Древняя сущность, много раз спускавшаяся в жизнь, побывавшая в теле различных рас на сотнях и сотнях планет, однажды начинает ощущать жизнь не как вящую радость, а как обязанность. Там есть свои чувства и эмоции, да и Голод Души как истинные желания воплощённого духа никто не отменял, но это всё далеко и высоко от среднего человеческого восприятия.
11) "Ничто не напрасно", — ответила Кхьюнг.
Даже если в движении к Вечности вы познаете глубины личного ада в своём страдании (а вы познаете), даже если вы падёте в Клиппот в своей деградации (а вы падёте), даже если вы предадите всё самое дорогое и священное в своей жизни (а вы предадите) — всё это не напрасно. Абсолют постигает самого себя в самых страшных и уродливых формах, ведь они тоже Его проявления.
Мы встретим в романе урок-напоминание о неблагодарности людей. Ты им даёшь, а они в ответ хулят тебя и обвиняют, что ты не даёшь им больше. Не благодарят, а требуют ещё! Таких примеров полно в жизни, далеко ходить не надо. Был у меня знакомый алкоголик-попрошайка. Иногда я давал ему, стоящему возле продуктового, сто рублей. Он их, конечно же, пропивал. Но своей помощью я лишь преумножил его алчность и наглость. Однажды он заявил, что ему не надо сто рублей, это мало, я должен пойти купить водку за триста рублей. Вы по-прежнему считаете, что человечество не заслужило аннигиляции?
А ещё, что породило во мне горячий интерес: в "Трёх Нитях" по канве повествования мелкими жемчужинами разбросаны отсылки к всемирно известным легендам и мифам. Я нашёл упоминание таких личностей, как Одиссей, Эней, Асклепий. Возможно, что кого-то пропустил. Найти эти перлы мирового наследия сможет внимательный и дотошный читатель.
Думаю, многим неофитам и адептам различных течений небезынтересно будет обнаружить в книге знакомые принципы и законы, что изучили они на своём пути. Возможно, они даже узнают нечто новое для себя.
Для обывателя же, чуждого оккультным наукам, чьё первое внимание и восприятие не поднимается выше мира дольнего, сей труд станет интересен как возможность погрузиться в волшебную сказку, увидеть вблизи богов, которые слишком напоминают людей (что вверху, то и внизу). Ведь для многих людей романы жанра фэнтези, мистики, сказки и мифология — не более чем роскошная и захватывающая выдумка (часто так и есть). Читатели не ищут в этих книгах пасхалки, отсылки к законам магического искусства, не штудируют с блокнотом в руках мифы как магический гримуар. Но от этого те не становятся менее интересными и волшебными.
Роман "Три Нити" заберёт внимание читателя и отправит его в легендарную Шамбалу, где живут прилетевшие туда древнеегипетские боги, познакомятся с народом вепвавет, чьё название намекает на их происхождение и внешность. Мифы, религиозные и колдовские традиции Тибета и Древнего Египта гармонично сольются в единый сплав в данном произведении.