Так Вартимей сидел, как обычно, у пыльной дороги и просил милостыни у проходящих мимо.
И, услышав, что мимо него проходит народ, спросил: что это такое? Огромная толпа народа спешила в то время за Христом. Шум этой толпы услышал Вартимей своим обостренным слухом, который, как известно, усиливается при слепоте. Ему сказали, что Иисус Назорей идет. Тогда он закричал: Иисус, Сын Давидов! помилуй меня. Слепому Вартимею достаточно было лишь услышать сие великое имя, чтобы сразу громко закричать. Это значит, что он уже знал Господа нашего Иисуса Христа не только по имени Его, но и по делам. Должно быть, он узнал, что многие его товарищи по несчастью, слепцы, были исцелены Христом. Поэтому, вероятно, он уже давно мечтал, чтобы Сей единственный Исцелитель прошел по дороге, у которой он проводил свои дни, слепой, как прах, в котором он сидел, не имея в этой жизни никакой надежды, кроме Христа - или кроме смерти. И потому, что Вартимей так долго мечтал о встрече со Христом и ожидал ее, на его устах уже было готовое восклицание: Иисус, Сын Давидов! помилуй меня. Почему он называет Его Сыном Давидовым? Потому что обетованный Мессия должен был придти из рода Давидова, как это и произошло, ибо из этого рода была Пресвятая Дева Мария. Помилуй меня. То есть: дай мне то, что Ты один можешь мне дать. Помилуй прах во прахе! Маленькие люди с трудом уделяют мне гроши, чтобы я мог напитать свое тело хлебом. Ты же можешь дать мне все, чего я хочу. А я хочу только одного: прозреть. Я верую в Твою милость; я верую, что ты дашь мне зрение с большею легкостью и охотой, чем люди дают мне гроши. Ибо Ты по-царски богат дарами и милосердием. Иисус, помилуй меня!
Шедшие впереди заставляли его молчать; но он еще громче кричал: Сын Давидов! помилуй меня. Было так много народа, что одни спешили перед Христом, в то время как другие бежали за Ним. Вероятно, Вартимей кричал во весь голос, раз его начали останавливать и даже заставлять молчать. Вероятно, его отчаянный голос перекрывал весь шум и гам огромной массы народа. Вероятно, его крики надоели многим людям, раз уж они были вынуждены заставлять его молчать. Но Вартимей не замолчал. Он знал, что для него пробил судьбоносный час: или он будет исцелен Христом чудотворцем, или же до смерти останется у дороги, окруженный пожизненной ночью. Поэтому он не обращает ни малейшего внимания, когда те, кто и при самом большом милосердии не может дать ему ничего, кроме мелких монет, заставляют его молчать; но продолжает вопиять к Тому, Кто может дать ему то, что дает только Бог. Иисус, помилуй меня!
К сожалению, подобные сцены и сегодня повторяются бессчетное количество раз. Многим и многим, желающим приблизиться ко Господу нашему Иисусу Христу, в этом мешают, и мешают обычно люди из идущих впереди: старейшин народа, духовных вождей и книжников. Люди подвергают осмеянию и заставляют молчать многие жаждущие души, вопиющие ко Христу. И обычно простецы и бедняки, сердца которых не настолько окаменели от злобы и порока, пытаются приблизиться ко Христу и вопиют к Нему, в то время как потерявшие путь и забредшие в терние мира сего заставляют их молчать и отталкивают от Господа. И то, что бывает с отдельными людьми, происходит и с целыми народами. Простые народные массы во всей Европе, например, вопиют сегодня ко Христу как к единому прозорливому Путеводителю и Спасителю, в то время как вожди европейских народов насмехаются над ними, принуждают их молчать, а кое-где даже и запрещают народу произносить это святое и спасительное имя. Таким образом, те, кто тогда шел впереди и заставлял молчать слепого Вартимея, были более слепы, чем он; как в основной массе своей более слепы старейшины европейских народов, их книжники и так называемые народные просветители, чем простые европейские крестьяне. Так и сегодня, как и в те времена, исполняются слова Христовы: невидящие видят, а видящие стали слепы.
Но взгляните, сколь дивный пример твердости и постоянства в вере подает нам всем слепой Вартимей! Его принуждают молчать, но он не обращает на это внимания. Его заставляют, но он кричит все громче. К чему обращать внимание на сухой тростник, такой же слепой изнутри, как он сам - снаружи? Его жаждущая душа чувствует, что чрез Христа течет поток свежей и совершенной жизни; чувствует, что Сей Иисус, о Котором он так много слышал и размышлял, несет Небо на главе, мудрость на языке, милость в сердце и здравие в руках. Что рядом с Сим Жизнодавцем Иисусом все первосвященники, фарисеи и книжники, лишь хвалящиеся мирскими знаниями и спорящие о книгах и идеях? Сухой тростник, попусту шумящий; мертвые кости, скрипящие при трении друг о друга! При всем своем знании, и мудрости, и власти, и тщеславии они не могут дать ему, отчаявшемуся слепцу, ничего, кроме грязных и сомнительным путем добытых грошей. Это те, что теперь грозят ему кулаками и заставляют его молчать, теперь, когда истинный Мудрец, истинный Человеколюбец и истинный Врач удостаивает касаться Своими святыми стопами дорожной пыли, оседающей на гнилых ямах, бывших когда-то очами Вартимея. Должен ли он их послушать в сей судьбоносный час? Надо ли ему испугаться шума сухого тростника и стука мертвых костей? Нет, ни за что, Вартимей! Лучше тебе испустить дух под их ударами, чем остаться сидеть у дороги, завися от их грошей. Нет, ни за что, о христианин! И ты не бойся тех, кто стоит между тобою и Христом, хотя бы они и носили царские короны на головах, железные жезлы в руках и все знания этого мира в головах своих. Ибо в сравнении со Христом все они суть сухой тростник и мертвые кости. Они сами не видят и не могут дать зрение тебе; они не имеют в себе жизни и тебе не могут ее дать; они сами ничего не знают и ничему не могут научить тебя. Вся их земная сила, и богатство, и мудрость - мелкие монетки, которые они, словно нищие, выпрашивают у сего видимого мира и, если ты просишь у нищих, дадут и тебе. О христианин, будь в своем вопле ко Христу постоянен, как слепой Вартимей! Кричи, кричи все громче, пока Он тебя не услышит. Пусть тебя заставляют молчать; пусть над тобою насмехаются духовные слепцы; пусть шумит сухой тростник; пусть скрипят мертвые кости - ты лишь без устали кричи: "Иисус, помилуй меня!"