И Господь наш призрит на веру нашу, на наши старания и труды и помилует нас. И по Своей бесконечной милости Он допустит нас в присутствие Свое, в присутствие бессмертное и животворящее, подающее жизнь, крепость и радость неисчислимым ангельским силам и воинствам святых. Господу и Спасу нашему Иисусу Христу подобает честь и слава, со Отцем и Святым Духом - Троице Единосущной и Нераздельной, ныне и присно, во все времена и во веки веков. Аминь.
Неделя третья Великого поста, Крестопоклонная. Евангелие о кресте и спасении души
Мк., 37 зач., 8: 34-9:1.
Велика сила Истины, и ничто в мире не может одолеть этой силы.
Велика целительность Истины, и нет в мире никакого страдания и никакой немощи, для коих Истина не была бы лекарством.
В своих страданиях и немощах болящие ищут врача, который даст им лекарство от страданий и немощей. Никто не ищет врача, что давал бы лекарства как можно более сладкие; но всякий ищет врача, знающего верное средство, и не придает значения тому, будет ли лекарство сие сладким, горьким или безвкусным. И чем более горькое лекарство врач прописывает больному, и чем труднее способ лечения, тем больше, как кажется, больные доверяют такому врачу.
Почему люди не переносят горького лекарства только из рук Божиих? Почему ищут и ожидают из рук Божиих только сладостей? Потому что не ощущают тяжести своей болезни греховной и таким образом мнят, будто могут исцелиться от одних сластей.
О, если бы люди спросили себя: - Почему все лекарства от телесных болезней так горьки?
Дух Святый ответил бы им:
- Чтобы быть метафорой и изображением горечи лекарств духовных.
Ибо как телесные болезни суть метафора и изображение болезней духовных, так и телесные лекарства суть метафора и изображение лекарств духовных.
Разве болезни духа, эти главные болезни, болезни-первопричины, не намного более тяжки, нежели болезни телесные? Как же тогда лекарствам для духа не быть горше лекарств для тела?
Люди попечительны и многопопечительны о своем теле; и когда тело заболит, они не жалеют ни трудов, ни времени, ни богатств - лишь бы возвратить телу здоровье. Тогда для них никакой врач не берет дорого, никакой курорт не далек, никакое лекарство не горько; особенно когда они еще и почувствуют близость телесной смерти. О, если бы люди были столь попечительны и многопопечительны о своей душе! Если бы они столь же ревностно искали для души своей лекарства и врача!
Тяжко ступать по терниям босыми ногами. Но если босоногий умирает от жажды, а за терниями находится источник воды - то не решится ли босоногий охотнее наступить на терния, окровавив и изранив стопы свои, дабы добраться до воды, - нежели умереть от жажды на мягкой траве, не преходя терний?
- Невозможно нам принимать столь горькое лекарство! - говорят многие, расслабленные грехом. Потому человеколюбивый Врач людей сперва Сам принял лекарство горькое, горчайшее, хотя был здрав, - только бы показать болящим, что сие не невозможно. О, насколько труднее здоровому, чем больному вкусить и проглотить лекарство от болезни! Однако Он принял Его, дабы это лекарство приняли и смертельно больные.
- Невозможно нам босыми пройти по зарослям терний, как бы мы ни жаждали и какой обильный и чистый источник воды ни находился бы по ту сторону их! - снова говорят расслабленные грехом. Потому человеколюбивый Господь Сам, босой, прешел тернистую ниву и ныне с той стороны вопиет, призывая жаждущих на источник воды живой.