Я думаю, что в этом плане 1990-е гг. не только во многом отличаются как от прежних российских катаклизмов, но и являют собой при всей их исторической ординарности совершенно оригинальное явление мировой истории.
— Вы говорите о революции конца 1980-х — начала 1990-х гг. С чего она началась? Когда достигла кульминации?
— Попытка реформ, предпринятая М.С. Горбачевым, оказалась дымовой завесой старого режима: коммунисты боялись как огня частной собственности, свободных рыночных отношений. Они понимали, что это будет означать конец их господства. Появление нескольких законов, разрешающих кооперативы, индивидуальную трудовую деятельность, показали, что направление движения было выбрано верное. Но наполнение этого движения оказалось чисто коммунистическим: то нельзя, другое нельзя, здесь не больше трех человек, там только семейный подряд. Повсюду имелось такое великое множество трусливых ограничений, что идея не сработала. Вместе с тем она взбудоражила общество, высвободила инициативу, увела сотни тысяч наших граждан в теневую экономику, т. е. подготовила тот взрыв, который произошел позднее. Люди поняли наконец, что страна не может существовать вне тех законов, по которым человечество жило на протяжении всей истории. Выезжая за границу, советский человек понимал, насколько он нищий. Это касалось всех, от рабочего до профессора.
В свое время много писали и говорили о привилегиях партийной верхушки — дачи, машины, квартиры, пайки. Но на самом деле это были нищенские привилегии. Я знаю об этом не понаслышке, поскольку когда-то работал в ЦК КПСС. В закрытом магазине я мог купить хорошие сосиски, колбасу, рыбу, т. е. обычные продукты. Люди, не имевшие этих жалких привилегий, то же самое покупали в магазинах из-под прилавка с переплатой. Помню, когда я уже ушел из этой системы (а было это в 1984 г., после защиты докторской диссертации) и стал научным работником, то приходил в магазин, где один продавец кричал другому: «Васька, к тебе профессор пришел!» И я спускался в подвал, покупал у Васьки два килограмма мяса, платил за это втридорога — в этом была моя теневая рыночная привилегия. Это было ужасно. Продавец в продуктовом магазине или продавец ширпотреба были хозяевами жизни наряду с партийной элитой. И поэтому все разговоры о «верхах» — это критерии нищего государства, которое за годы своего существования ничего путного не смогло создать для человека. Да и как могло быть иначе, если начиная с 1917 г. во главе этого государства стояли полупрофессиональные или вообще непрофессиональные управленцы, бывшие подпольщики, революционеры, а порой и криминальные элементы, разного рода «экспроприаторы». Да, это были порой талантливые люди, самородки, но они совершенно не знали и не понимали современных им общественных тенденций. По уровню образования и общей культуры они не шли ни в какое сравнение с теми, кто управлял Российской империей. Российская правительственная элита была создана поколениями естественного отбора. Она оказалась на поверхности и в условиях парламентской республики. Однако в силу ряда причин (война, искусство борьбы за массы, которую продемонстрировали большевики, и другие), о которых мы сегодня не будем говорить, не смогла удержать власть. Достаточно сказать, что почти никто из руководящих большевиков, особенно «сталинской гвардии», не имел высшего образования. Если П.А. Столыпин, например, окончил физико-математический факультет, владел тремя языками, С.Ю. Витте тоже был блестяще образованным человеком, то им на смену пришли недоучившийся семинарист Сталин; Орджоникидзе, фельдшер по образованию; Каганович, человек вообще без всякого образования; луганский слесарь Ворошилов; Ежов, имевший четыре класса образования; и несть им числа. Что могли создать люди, которые кончали рабфаки, учились там и сям, люди, знаком качества которых в первую очередь был большевизм? И.С. Сталин, прочитав первый вариант «Краткого курса история ВКП(б)», сказал: «На кого это рассчитано? Те, кто руководит обкомами, горкомами, райкомами, здесь ничего не поймут». Он запросил у тогдашнего заведующего Отделом руководящих партийных органов ЦК ВКП(б) Г.М. Маленкова справку о составе руководящих кадров партии. Оказалось, что 70,4 % секретарей обкомов имели низшее образование, в горкомах и райкомах положение было еще хуже. И эти люди руководили страной. С точки зрения исторической это были смешные люди. Но они заставляли радоваться миллионы таких же, как они, и рыдать тех, кто не был на них похож. Даже в конце XX в., во времена Горбачева, в ЦК КПСС и высших органах власти выходцев из интеллигенции были единицы, а в основном это были только выходцы из рабочих и крестьянских семей, причем порой беднейших крестьян и неквалифицированных рабочих. В своем большинстве это были малокультурные люди, активные карьеристы, партийные выдвиженцы, не имевшие принципов, жизненных устоев, но усвоившие хорошо догмы сталинизма, стремившиеся наверх, к тем жалким крохам, которые назывались привилегиями.